Даже твой Бланзак, матерый контрразведчик, растерялся, когда попытался батюшек несколько раз аккуратно прокачать — ну не складывается у бедолаги картинка, хоть ты тресни!
— Очень интересно… — пробормотал я. — И что?
— А то, Лешка! — Прохор улыбнулся еще шире. — Знаешь такую поговорку: рыбак рыбака видит издалека?
— Знаю.
— Так вот, мое отношение к спецслужбам твой Бланзак сразу идентифицирует даже по косвенным признакам и отдельное дельце заведет. С нашим хитросделанным Ванюшей тоже со временем можно разобраться по тем же малозаметным признакам.
А вот батюшки в армии не служили, специальных училищ не кончали, а занимались самодеятельностью под руководством не сильно умелых коллег по опасному бизнесу. И, как следствие, натренированному взгляду неинтересны. А это, Лешка, открывает перед нами целую кучу вариантов по использованию батюшек.
До меня начала доходить мысль воспитателя, я кивнул, а он продолжил:"
"— Так что ты церковников особо не строй, они нам непорченые всеми этими «равняйсь-смирно-упор лежа принять» пригодятся.
— Прохор ухмыльнулся. — Ванюша со мной в общем и целом согласен, с твоим отцом мы переговорим, а там и развернутый рапорт на высочайшее имя подготовим.
— Ты у нас императорский помощник, тебе виднее, — опять кивнул я. — В рапорте можешь и на мое положительное мнение сослаться и не забудь указать, что батюшки будут подчиняться тебе, а не Тайной канцелярии.
— Лешка, ты не забыл, что церковники сдались лично великому князю Алексею Александровичу? — Прохор смотрел на меня с укором.
— Какая Канцелярия? Виталий с Владом батюшек контролировать не смогут.
— Ну, это я так, на всякий случай. Кстати, что касается твоего дружка лепшего…
И рассказал воспитателю о значительном повышении возможностей Кузьмина после правила, которое заметил у того в Альпах.
— Отцу доложи, — задумчиво кинул Прохор и добавил: — Как бы у нашего Ванюши не началось головокружение от успехов, и он в очередной раз не упорол на радостях лютого косяка…
— Не переживай, я его контролирую…
На берегу нас встречала еще увеличившаяся восторженная, гудящая толпа, за которой приглядывала многочисленная полиция.
Засверкали вспышки фотоаппаратов, свидетельствующие о том, что репортеры в стороне от событий оставаться не желали.
— Господин Бланзак, — я повернулся к французу, — там ваши репортеры присутствуют?
— Конечно, ваше высочество, — улыбался тот. — Не переживайте, специалист в наличии, и принцесса Шереметьева получит отличные снимки для своей статьи.
