Выяснилось, что она ездит по своим делам, дома будет только вечером и ко мне зайдёт. Мой воспитатель оказался прав, предупреждая, что девушка устроит мне аккуратный допрос. Скрывать мне было нечего, совесть моя была чиста и на все вопросы Алексии я ответил «правильно», за что был «милостиво» оставлен на ночь.
На следующий день, после лекций в Университете, мы с Долгорукими и Юсуповой пошли в кафе. Через некоторое время к нам присоединилась и Шереметьева. Конечно, все разговоры крутились около нашего субботнего похода в ночной клуб.
Девушки с меня взяли твёрдое обещание о том, что в ближайшие выходные мы все это ещё раз повторим. В кафе просидели около двух часов, потом я проводил девушек до машин и направился домой.
После восьми вечера ко мне заглянул Сашка Петров, которому я рассказал о своем субботнем загуле.
— Врастаешь, потихоньку, в светское общество? — хмыкнул он после того, как я закончил.
— Приходится… Сам понимаешь… — улыбнулся я. — Как сам выходные провёл?
— Да мы тоже с однокурсниками в кафе в субботу сходили, а в воскресенье я дома просидел, своими делами занимался.
Рассказав мне, в свою очередь, подробности студенческой вечеринки, Сашка засобирался домой, вызвал такси и уехал.
* * *Граф Орлов досматривал видеозапись последней тренировки Пожарского.
— Да уж… — полковник выключил плазменную панель. — Какие мысли, Виктор Борисович? — спросил он у сидящего рядом Смолова.
— Иван Васильевич, для него практически все наши тренировки бесполезны, сами ведь видите! — ротмистр встал и начал ходить туда-сюда перед Орловым.
— Остается только полоса препятствий и тренировка работы в команде, да со стрельбой у него не очень, надо подтягивать.
— Когда у него следующая тренировка?
— Сегодня должен приехать.
— Вот и погоняйте его на полосе препятствий, с учётом нашей специфики, да в тире пусть тренируется, а работой в команде можете заняться чуть позже.
— Я примерно так и наметил, Иван Васильевич. — ротмистр наконец остановился. — Могу быть свободен?
— Да, Виктор Борисович.
— кивнул головой полковник и устало откинулся на спинку кресла.
* * *Упрёки за отказ пойти после лекций в кафе во вторник я выслушивал уже не от двоих девушек, а от троих. Оказывается, у Ани Шереметьевой сегодня было на одну лекцию меньше, чем у нас, и она специально осталась в университете только для того, чтобы сходить с нами в кафе.
— Девушки, а вы мне раньше не могли сказать, что моё присутствие обязательно? — улыбался я.
