– Хай, – рявкнул Свин, вваливаясь в квартиру, – где звездулина?
– Спит, а вы почему в такую рань на ногах?
– Ездил тут по делам, – загадочно ответил Свин, – значит, так, я пойду душ приму. А ты, котя, мне кофею сваргань да бутербродиков настрогай. Усекла?
Я кивнула, продюсер исчез в ванной, оттуда послышался шум воды и бодрое уханье. Я хотела открыть холодильник, но тут взгляд упал на пиджак из льна, который Свин швырнул прямо на стол. Не понимая, что делаю, я схватила его и вытащила из внутреннего кармана роскошную книжечку с золотыми застежками.
Перелистала странички, нашла нужную. «Рыкова Татьяна» – было написано в самом низу, дальше шел адрес и телефон.
Я быстро захлопнула книжку, сунула ее на место и кинулась к шкафчику, в котором стояла банка с кофе. Не верю Свину, хочу сама узнать, кто же я такая.
ГЛАВА 4
Свин уехал около девяти утра. Заперев за ним дверь, я бросилась к телефону и набрала номер.
– Але, – прокашляли из трубки.
– Мне Рыкову.
– Кого?
– Рыковы тут живут?
– Кто?
– Рыковы!
– Лыковы?
– Рыковы.
– Быковы?
– Рыковы! – заорала я. – Рыковы!
– Сначала сообрази, кто нужон, а потом людям мешай, – последовал ответ.
Я повторила попытку.
– Алле.
– Позовите кого-нибудь из Рыковых.
– Зачем?
– Они здесь живут, да? – обрадовалась я.
– И на фиг трезвонишь, – забубнил голос.
Внезапно мне стало понятно: говорящий вусмерть пьян.
– Позовите кого-нибудь из Рыковых.
– У Зинки спрашивай.
– А это кто?
– Так соседка, – заплетающимся голосом сообщил мужик.
– Ейная комната слева от двери, а моя справа.
– Позовите ее, – я решила пообщаться с нормальным, трезвым человеком.
– Кого?
– Зину!
– На работе она.
– Не подскажете, где Зина служит?
– А здеся, внизу.
– Внизу?
– Ага, у нас на первом этаже супермаркет, полы она там моет.
– Как фамилия Зины?
– Зинкина?
– Да.
– Фамилие?
– Да.
– Ну, Кондратьева она.
Я положила трубку. Надо действовать. Спать мне, проведшей всю ночь на ногах, совершенно не хочется, Глафиру нужно будить в два.
Улица, на которой жила Рыкова, расположена в центре. Интересно, а где сейчас нахожусь я сама? Взяв с крючка ключи, я, поколебавшись секунду, залезла в сумочку Глафиры и вытащила из бумажника сто рублей. Нехорошо, конечно, но я вернусь и расскажу певице о совершенной мною мелкой краже. Так, что еще надо не забыть?
Внезапно в голове всплыло слово «мобильный». Я машинально протянула руку к серебристому телефончику, валявшемуся на тумбочке, и тут же ее отдернула.
