Онлайн-библиотека книг
Кроткое движение толстых пальцев, и я читаю приказ подтянутся остальным, озираюсь, замечая, что с тыла на меня надвигаются еще двое парней.
Страх накрывает. Хочется рвануть с места и бежать! Но я не дура! От них не убежишь. Единственное, чего этим добьюсь — позволю войти в кураж и включится в азарт погони. Такие любят загонять жертву.
Заставляю себя стоять."
"Смотрю в некрасивое, заросшее щетиной лицо бывшего одноклассника. Он выглядит зловеще в скупом освещении единственного фонаря.
Мы словно в очерченном круге, и я понимаю, что мне нельзя покидать этот крохотный островок света ни при каких условиях.
Сильнее вцепляюсь в ручку сумки, она не слишком тяжела, но если что могу шибануть ею своего визави…
Идиотка.
Что я могу против трех оголтелых мужиков?
Прыщ делает еще шаг ко мне, стою, не позволяя себе отшатнутся, шакалы чувствуют слабость, она их заводит, а я не могу позволить себе быть жертвой.
Если разок указать мне место псины у ноги борзых пацанов, ничего хорошего меня не ждет, а становится дешевой шлюхой и переходящим трофеем из рук в руки я не собираюсь.
Паника накатывает волнами. Липкий холодный пот течет меж лопаток и хочется почесаться.
Ситуация патовая.
Глава 36
Внезапный свет фар, полоснувший по глазам, скрежет тормозящего автомобиля и резкий хлопок закрывающейся двери. Все это звучит взрывом в моем сознании.
Застываю, наблюдая как огромный мужчина, чеканя шаг приближается к нашей веселой компании. Глаза пылают, губы с резким шрамом сжаты, желваки ходят на скулах. Хочется сделать шаг назад и бежать без оглядки.
Весь он сейчас транслирует агрессию и ярость. Подмечаю, что окружившие меня пацаны подбираются, устремив немигающий взгляд в сторону подошедшего и замершего рядом со мной Гринвуда.
Вот, кто действительно здесь страшен. У меня от него волосы на затылке шевелятся.
Он в бешенстве окидывает меня коротким жалящим взглядом и на дне глаз, сейчас кажущихся серыми дырами, обещание ада. Мне лично.
Фил выбрасывает руку, жесткая хватка выше локтя, тянет меня на себя, нависает, сигнализируя о своей опасности.
— Какого, твою мать, здесь происходит?!
Меня от этого глухого голоса трясти начинает. До этой секунды даже отдаленно не представляла с кем именно имею дело…
В ужасе смотрю на Гринвуда во все глаза. Хищный профиль, взгляд, прибивающий к земле, губы со шрамом побелели, тяжелая, резкая линия подбородка, с легкой небритостью отличается в свете острым темным росчерком.
