Канарейка для Ястреба. Реальная Жизнь.

Кто этой девке присунуть попытается, без яиц оставлю, в крови утоплю. Моя сука.

Холодею. От слов этих дикий. От агрессии исходящей от Гринвуда, его наглости и самоуверенности. От понимания, что сейчас Фил не угрожает. Он ставит перед фактом своих дальнейших действий, расписав свои шаги по пунктам.

Страшно становиться. Быстро закрываю дверь, не рассчитываю силу удара и хлопаю с испугу. Прячу лицо в ладонях.

Дальше крики, маты и глухие удары."

"Не хочу видеть кровавую уличную бойню, где Гринвуд один против троих.

Сижу так, не знаю сколько сижу и дрожу, пока дверь со стороны водителя не открывается и все пространство не заполняется горьковатым запахом опасного мужчины.

Гринвуд без слов вбивает педаль газа, и мы срываемся с места. До моего дома рукой подать. Отрываю руки и бросаю осторожный взгляд на водителя, замечая, что татуированная рука, что лежит на коробке передач вся в крови. Алая жидкость просто стекает с пальцев и течет по серебристому металлу.

Не могу понять его ли это кровь и в ужасе отвожу взгляд.

Я невыносимо наряжена. Теплая мужская рука накрывает мои ледяные и дрожащие пальцы. Гринвуд тянет меня на себя. Утыкаюсь в его плечо и чувствую исходящий жар от разгоряченного тела.

Резкий тормоз, я чуть не влетаю в переднюю панель, устремляю ошарашенный взгляд на мужчину, который не мигая смотрит на меня.

Бешенный, пылающий взгляд. Вожделение. Лицо перекошено судорогой, зубы сжаты. Пытаюсь отпрянуть. Хочу выбросить себя из машины и бежать куда глаза глядят.

Гринвуд хватает меня и тянет на себя.

— Фил… — писк теряется в грубом поцелуе. Злой, разгоряченный разборкой мужчина вгрызается в меня со всей силой.

Я обескуражена им. Воздуха не хватает. Пытаюсь оттолкнуть, уперев руки в широкую грудь. Не могу. Сильное тело кажется вылитым из стали. Царапаю ногтями шею, забитую татуировкой ассасина. Чувствую, как под подушечками бешено пульсирует яремная вена.

Отводит одной рукой мои слабые руки, продолжая безжалостно терзать губы, таранить языком, кладет мою пятерню себе на щеку, заставляет прочувствовать слегка колющую щетину, и пылающую кожу под ней.

Не дает мне ни шанса. Наказывает жестоким поцелуем. У меня от его напора губы болят и перед глазами все темнее.

Понимаю, что он сейчас на взводе, под бешенным выбросом тестостерона, не особо адекватен, во власти похоти, но от этого не легче.

Рукой проскальзывает под платье и раздвигает мне ноги. Шиплю. Кусаю его за нижнюю губу. С силой сжимает мое бедро, оставляя синяки.