– Какая?
– «Жигули», точно знаю, у зятя такая.
– Цвет?
– Синий, нет, черный, нет, коричневый, – запуталась бабка, – словом, темный.
Я молча вышла на улицу и села на лавочку у подъезда. Синий, черный, коричневый, просто темный цвет… Не слишком точные показания. И еще одно – у Володи никогда не было дубленки, следовательно, он не мог идти к подъезду в марте, пряча лицо в воротник овечьего полушубка. Значит, это был не Вовка! Но если не он, то кто?
Глава 10
Домой я возвращалась в расстроенных чувствах, открыла дверь и ахнула.
Прихожая и видневшийся вдали коридор были вымыты, нет, выскоблены, натерты до блеска, и по квартире разливался упоительный аромат мясного наваристого супа.
– Эй, есть кто здесь живой? – крикнула я.
– Мы тут, – раздался многоголосый хор."
"Я вошла на кухню и обнаружила за огромным столом кучу народа: Лиза, Кирюшка, Маша Гаврюшина, Саша Кротов… Дети опять притащили одноклассников. У плиты, завязав косынкой волосы, суетилась Ксюша, увидев меня, она слегка покраснела.
– Уж извините, похозяйничала без вас. Открыла холодильник, обеда нет, ну и сварила, что сумела, из того, что в заморозке нашла.
Я уставилась на восхитительно пахнущий суп и горку ароматных котлет, посыпанных зеленью с чесноком. В холодильнике лежали только обрезки, купленные мной для собак.
– Небось устали? – заботливо поинтересовалась Ксюша и, ловко неся огромный живот, достала тарелку. – Садитесь скорей, котлет попробуйте. Правда, мясо не ахти было, но свежее, только жилистое.
Я молча проглотила три котлетки. Как, интересно, она ухитрилась сделать такую вкуснотищу из бросового продукта?
Дети тоже молча орудовали в тарелках. Собаки сыто щурились на диванчике.
– Надо с ними выйти, – вздохнула я.
На улице опять начинался дождь, и перспектива прогулки совершенно не радовала.
– Уже сходила, – весело возвестила Ксюша, – я люблю животных. Вот та, толстенькая, – она ткнула пальцем в осоловевшую Мулю, – сначала на меня рычала, но, как мясо попробовала, мигом успокоилась, такая продажная оказалась.
Выпалив последнюю фразу, Ксюша радостно расхохоталась. Ее веселый, какой-то детский смех прокатился по кухне. Встречаются иногда такие светлые, чистые люди, от одного присутствия которых окружающим становится хорошо.
Я невольно улыбнулась и, запихивая в себя четвертую котлету, пробормотала:
– Тебе нельзя так утомляться, еще и полы мыла.
– И белье постирала, – влез Кирюшка, – и из моей комнаты весь мусор выволокла.
