Капитан Дракон

— Ладно, продолжай в том же духе. Свяжись с Советом. Скажи им, чтобы они распространили информацию о том, что с вирусом можно бороться огнем. Открытое пламя, зажигалки, аэрозоли. Что угодно, лишь бы люди могли защитить себя. С пожарами можно будет разобраться позже.

— М-мы можем попытаться, но Совет не отвечает. Максимум, до кого нам удалось дозвониться — это капитан Редклиф, а он и слушать нас не хочет.

Совет молчал? Проклятье. Если советников убили — возможно, предатели — тогда неизвестно, что может случиться.

Мог ли Белый Клык отдать из Ратуши распоряжение покинуть убежища, когда это было еще небезопасно, заражая еще больше горожан?

А что, если предатели в Совете используют свое влияние, чтобы взорвать бомбы с вирусом в убежищах?

— Планы меняются, — сказала Янг, разворачиваясь. — Я направляюсь в Ратушу. Скажи Лизе, чтобы она связалась с нужными людьми на телевидении. Мне все равно, вызовет это панику или нет, если это спасет жизни, нужно выпустить эту информация в прямой эфир прямо сейчас.

— Понял, Капитан. Предоставь это нам.

Кроу с рычанием прорубился еще через троих, уворачиваясь от рук, пытавшихся утащить его за собой. Он вскочил на длинную стойку кафетерия и пробежал по ней, немного растянув безмозглую орду, следующую за ним, прежде чем обернуться. Уже не люди — зомби, напомнил он себе. Здесь не осталось никаких «людей» — они превратились в пародию на гримм. Бессмысленная агрессию, но без физической силы или скорости, чтобы подкрепить ее. Во всех отношениях, которые имели значение, они были обычными мужчинами и женщинами, которые не заслуживали подобной участи.

Самая большая угроза заключалась в их численности, и в их зараженных телах.

Если они смогут замедлить его или окружить, то он в конечном счете заразится, будут это вонзившиеся в его кожу зубы, или рука, сорвавшая с него противогаз в рукопашной схватке. Любое из этого будет означать его гибель.

— Я ничем не могу вам помочь, — сказал Кроу хриплым от гнева голосом. Он вернул свою косу в огнестрельную форму и открыл огонь, свалив шестерых тремя выстрелами, праховые пули с легкостью прошивали тела без ауры насквозь.

— Проклятие. Надеюсь, вы этого не чувствуете. Я действительно на это надеюсь.

Сострадание горело в нем, но было уже слишком поздно для этих несчастных душ. Белый Клык вместе с этой девкой Эмеральд уже убили этих людей. Он просто избавляет их от страданий. Приходилось постоянно напоминать себе об этом.

Двое озверелых забрались на стойку.