Капитан Дракон

Ба, поговорим о лицемерном идиоте.

Итак, Озпин тоже пытался вытянуть информацию из Романа. И тот факт, что вор отказал директору, не предвещал ей ничего хорошего. Тьфу, если бы только было возможно просто выбить из него информацию. К сожалению, это не выйдет. Не все проблемы можно решить кулаками.

— Почему бы просто не рассказать ему? — вместо этого спросила она. — Есть причина, по которой ты так упорно молчишь?

— Тебя это тоже интересует?

— Я держусь за то, что знаю, потому что мне не пойдет на пользу, если я кому-нибудь все расскажу.

Прямо сейчас, когда я застрял здесь, это последний козырь, который у меня остался. Если я откажусь от него ни за что, я потеряю всю свою ценность для этого ублюдка. Могу поспорить, что после этого я буду брошен гнить здесь до конца жизни, или, может быть, даже погибну в «трагичном несчастном случае». — Роман удивительно равнодушно говорил о такой возможности. — Я прямо сказал Озпину, что если он хочет, чтобы я помог ему, он должен заключить со мной сделку. Это просто экономика, спрос и предложение, я разумный человек и готов к компромиссам.

— Вы захватили военный дирижабль Атласа и заставили роботов убивать невинных людей.

— Я сказал разумный, а не безупречный. Ты думаешь, я хотел это делать? Синдер предложила мне сделку. Я принял ее предложение.

— И каковы были условия? — мрачно поинтересовалась Янг. — Что она предложила такого ценного, что ты был готов убивать?

— Мою жизнь… — мужчина вытащил сигару изо рта и вздохнул. — Мою жизнь и жизнь той, о ком я заботился.

Я выбрал единственный вариант, который видел. Не то, чтобы это имело теперь большое значение, но в этом действительно не было ничего личного.

— Не думаю, что это успокоит всех тех людей, которые тогда потеряли своих близких.

— Я же сказал, я не ожидаю, что мои слова что-то изменят. Ты можешь верить мне или нет, это не имеет значения. Я болтаю с тобой только потому, что мне чертовски скучно. — Роман махнул рукой в воздухе. — Я не очень-то понимаю, о чем еще можно поболтать в камере.

Похоже, он не получал достаточно физической нагрузки. Роман все еще сохранял свою хорошую физическую форму, но глаза выглядели желтоватыми, и лицо немного осунулось. Он выглядел постаревшим, хотя все еще сохранял свою фирменную самоуверенность. Он определенно не мог выйти и позаниматься спортом с другими заключенными. Он был слишком опасен для этого. Она догадывалась, что большую часть времени он проводил здесь взаперти. Это звучало как пытка.