– Но следует учесть, что появление в деле огнемета существенно упрощает ситуацию. Генералу Лукьянову в руки попали козыри, сбрасывать которые нельзя, – заметил я. – И докладывать о происшествии следует уже не ментам, а в антитеррористический комитет. Это и нам руки развяжет. А ментам можно вообще ничего не объяснять.
– Тоже верно, – согласился старший лейтенант Сережа. – Только менты уже едут. Они, возможно, рядом с нами палаточный лагерь скоро раскинут. За сутки столько происшествий, и все рядом со зданием медицинского центра… Раньше такого количества выпущенных пуль на несколько месяцев целой Москве хватало.
Сирены ментовских машин были слышны издалека. Но даже с этим звуковым сигналом пробиться через дорожные пробки удается далеко не всегда. А тут еще мы, выставив аварийные знаки, перекрыли одну из полос движения, а вторую перекрыл водитель самосвала, в который въехала расстрелянная машина преследования. Свободной осталась только одна крайняя левая полоса, а это для въезда в Москву с такой напряженной трассы, конечно, слишком мало.
Кроме того, по какому-то не понятному никому закону, если затрудняется движение в одну сторону, оно автоматически затрудняется и в противоположную сторону. Мы как непосредственные участники происшествия были вынуждены ждать появления следственной бригады. Временно выделенный мне пистолет-пулемет я оставил в машине, напомнив об этом капитану Сафронову.
– У меня разрешения на оружие нет, – сообщил я."
"– Ничего страшного, – кивнул Миша. – Я «по-македонски»[8] хорошо стреляю.
Если менты захотят проверить, смогу продемонстрировать. Отболтаемся, короче…
* * *Раньше, чем приехали менты, к нам вышел генерал Лукьянов. Но разговор начал не с разбора происшествия, а с сообщения, имеющего только касательное отношение к происшествию.
– Скорее всего, завтра переедем на новое место дислокации. Я уже почти договорился, – сообщил он. – Медицинский центр уже не может выносить сложившуюся ситуацию – мы распугиваем всех их клиентов. Хотя, признаться, для нас эта ситуация удобнее: не мы ищем врагов, а они к нам приходят.
Чем больше их уничтожим, тем спокойнее люди жить будут.
– Часто они заходить не станут, – возразил я. – Они тоже иногда жить хотят и потому предпочтут найти снайпера. Подобные ситуации обычно решаются именно таким образом.
– Опять из Америки выписывать? Американцы больше на такое не согласятся. После прошлого провала они не хотят больше связываться с нашими бандитами, считая такое партнерство ненадежным.
