Капитуляция

Неужели она влюбилась? Это было бы слишком опасно, не так ли? Даже несмотря на то, что Джек считал её красивой, и они по-дружески сблизились, он оставался контрабандистом и преступником. Такие мужчины никогда не ухаживали за такими женщинами, как она, никогда не женились на них.

Так что же, она хотела, чтобы Джек ухаживал за ней? А если бы он действительно стал добиваться её расположения, как бы она поступила? Разве она не пребывала в трауре? Ход собственных мыслей поразил Эвелин. Уже во второй раз за последнее время она размышляла о том, как на самом деле относится к ней Джек, пытаясь понять, не собирается ли он за ней ухаживать.

И тут Эвелин вдруг осознала, что ей совершенно безразличен траур по Анри. Она нянчилась с ним почти восемь лет — она и без того сделала для него достаточно! Если Джек будет относиться к ней серьезно, она поощрит его ухаживания. А он явно заинтересовался ею. С чего бы ещё ему приглашать её на ужин, вести долгие беседы? Нет, Эвелин не могла неверно истолковать все эти глубокие, долгие взгляды!

Она сидела не шелохнувшись, тяжело дыша.

Никогда прежде ни один мужчина не интересовал её так, как Джек. Никогда прежде она не была увлечена ни одним мужчиной так, как им. И никогда ещё никем так не восхищалась.

Если она и влюбилась, не стоило сидеть сложа руки — как бы опасно это ни было.

В конце концов, на Лоо-Айленде не существовало никаких правил.

Эвелин решительно встала. Она провела восемь лет, нянчась со стариком.

И теперь хотела жить своей собственной жизнью.

Эвелин принялась распускать косу, чувствуя, как руки дрожат от потрясения и осознания того, что она собирается сделать. Она не понимала, для чего хочет пойти к Джеку: только ради того, чтобы снова ощутить пылкость его поцелуев, или для чего-то большего. Это не имело никакого значения. Она вдруг почувствовала себя так, словно готовилась бежать из тюрьмы. Эвелин тряхнула головой, от чего волосы свободно упали до талии, и впилась взглядом в свое отражение в зеркале.

Лицо горело, глаза чуть ли не безумно сверкали. Эвелин не узнавала саму себя.

Она следовала правилам всю свою жизнь. И всё же она была взрослой женщиной, матерью и вдовой. И если ей хотелось нежиться в объятиях Джека, у неё было на это полное право.

Эвелин рассыпала волосы по плечам, накинула на себя хлопковый халат и быстро выскользнула из комнаты.

Дверь в покои Джека была распахнута.