Капитуляция

Джек продолжал в упор смотреть на мерзавца, чувствуя, как закипает от ярости.

Уайт перехватил тяжелый взгляд, увидел Грейстоуна и вздрогнул.

Джек почувствовал, как свирепое удовольствие постепенно овладевает им. О, как же ему сейчас хотелось затеять драку! Он поднялся, отшвырнув стул ногой. Тот упал.

В трактире воцарилась тишина.

Бледнея на глазах, Уайт уставился на неспешно приблизившегося к нему Джека.

— В чем дело? Грейстоун, если я случайно перешел вам дорогу, это было недоразумение! — высоким, срывающимся от страха голосом произнес он.

Джек невесело рассмеялся и со всей силы ударил Уайта кулаком в лицо.

Негодяй рухнул спиной на соседний столик, заставив сидевших там посетителей вскочить и отбежать в сторону.

Не успел Уайт подняться, как Джек схватил его и впечатал кулаком в другую сторону его лица. Уайт задохнулся от боли.

Потом Джек опрокинул Уайта на стол, уселся на мерзавца сверху и, выхватив кинжал, поднес острый край лезвия прямо к его горлу.

— Мне нужны сапфиры графини д’Орсе.

— Не надо, — бессвязно прошипел Уайт.

— Не надо чего? Вот этого? — Джек провел кинжалом тонкую линию поперек крупной вены на шее, оставив впрочем, лишь углубление на коже.

— Хорошо! Хорошо! — истошно завопил Уайт.

— Черта с два тут хорошо. Ты обокрал графиню. Это совсем нехорошо, Уайт. — Джек навалился коленом на пах Уайта.

Бандит побагровел, поперхнулся от боли, его глаза выпучились. Немного ослабив давление коленом, Джек склонился ниже, всё ещё держа кинжал у горла Уайта, и прошептал:

— Где драгоценности?

— В моих седельных сумках! — с трудом прохрипел Уайт.

Джек возликовал. Его рука скользнула мимо Уайта, и он позволил поверженному грабителю встать. Крепко схватив Уайта, Джек по-прежнему держал лезвие у его горла.

— Трим, — окликнул Джек. — Принесите его седельные сумки.

Джон Трим выбежал из-за стойки, сжимая мушкет, и помчался на улицу. Спустя мгновение он появился с парой пыльных, потрескавшихся седельных сумок. Джек резко кивнул в сторону соседнего опустевшего стола.

— Откройте, — распорядился Джек.

Трим развязал узелок, и взорам присутствующих предстали кольцо с большим сапфиром и пара серег.

— Сапфиры графини! — воскликнул Трим.

Джек улыбнулся Уайту.

— Я скажу ей, что вы узрели Господа и покаялись, дорогой мой. А пути Господни неисповедимы. — И Джек выпустил Уайта, отшвырнув его.