Капитуляция

Она не могла точно определить, что означает его взгляд, но Грейстоун говорил ей то же самое четыре года назад. Собираясь предложить ему часть золота, как только оно окажется в её руках, Эвелин осторожно произнесла:

— Реликвии имеют немалую ценность, сэр.

Она не считала разумным рассказывать ему о том, что Анри оставил ей целый сундук золота.

— Разумеется, они имеют ценность… Речь ведь, очевидно, идет не о ностальгии или прочих сантиментах. — Он кивнул на едва обставленную комнату.

— Мы оказались в весьма стесненном материальном положении, сэр.

Я в отчаянии и полна решимости.

— А я не в отчаянии, да и решимости мне не хватает, предпочитаю беречь свою жизнь, и рискнул бы ею только по веской причине. — Он пронзил её взглядом. — Только за справедливое вознаграждение.

— Так это и есть веская причина! — с жаром выдохнула она.

— Это спорный вопрос, — отрезал Грейстоун, будто ставя точку в разговоре.

Неужели он собирался отказать ей?

— Я ещё не изложила все свои доводы, — поспешила сказать Эвелин.

— Но что это изменит? Мои услуги очень дорого стоят.

Не хочу показаться грубым, но вы явно не можете их себе позволить. Мне потребовался бы по-настоящему серьезный стимул рисковать жизнью ради вас. — Он перехватил её взгляд. — Вас вряд ли можно назвать лишь обедневшей вдовой из Корнуолла. Вы наверняка найдете способ поправить свое положение.

Эвелин облизнула пересохшие губы, потрясенная осознанием того, что их разговор вот-вот закончится, а ей так и не удалось добиться его помощи.

— Но эти семейные реликвии очень ценны, и я готова предложить вам весьма неплохую долю, — быстро произнесла Эвелин.

— Долю? — рассмеялся контрабандист. — Мне всегда платят вперед, графиня. И как вы собираетесь сделать это?

Улыбка сбежала с его лица. Его взгляд стал твердым и скользнул вниз по халату Эвелин и её ночной рубашке. Помрачнев, Грейстоун отвернулся. Опустив голову, он принялся расхаживать по комнате с бокалом в руке.

Эвелин дрожала, наблюдая за ним. Теперь ей требовалось сосредоточиться. Когда они бежали из Франции, она заплатила ему рубинами — заранее.

Теперь у неё почти не осталось драгоценностей. Она даже представить себе не могла, что придется расстаться с последними вещицами.

— Понятно, что вы находитесь в тяжелом материальном положении, — изрек Грейстоун, наконец-то подняв на неё взгляд. — К сожалению, такова общепринятая практика: плату за услуги берут заблаговременно, и это выгодный бизнес. Меня не интересуют «весьма неплохие доли» после оказания услуги.