Капитуляция

— А я ничего не знаю о состоянии нашего дома, леди Педжет. Мы бежали из Франции четыре года назад. Друзья говорили нам, что дом остался нетронутым, но это было до Робеспьера.

Теперь леди Педжет казалась полной сочувствия, а ведь Эвелин как раз стремилась добиться её расположения.

— Я осведомлюсь, стоит ли ещё ваш дом. Чем я могу помочь вам, графиня? Жерар сказал, что вас привело сюда дело, не терпящее отлагательств.

Эвелин расплылась в любезной улыбке, хотя на самом деле была как на иголках.

Её жизни всегда был чужд обман, лгать было не в её характере. Она предпочитала по возможности придерживаться правды.

Я в безвыходном положении, — тихо произнесла Эвелин. — Я надеялась, что вы сможете передать от меня письмо.

Леди Педжет встрепенулась:

— Кому адресовано это письмо?

Эвелин с замиранием сердца вытащила запечатанное письмо из сумочки.

Глаза леди Педжет округлились. Немного помолчав, она спросила:

— Могу я узнать, какому именно брату?

— Мистеру Джеку Грейстоуну.

 — Эвелин знала, что покраснела, пусть даже совсем чуть-чуть, ведь её щеки явно загорелись. Она понимала, что должна быть осторожной. Ей не хотелось, чтобы леди Педжет подозревала, будто между ними двумя произошло нечто предосудительное.

Теперь Джулианна смотрела на неё пристально, с удивлением.

— У вас письмо для Джека? — Леди Педжет вдруг смолкла, и Эвелин поняла, что в её голове лихорадочно мечутся мысли. Потом Джулианна спросила: — Откуда вы знаете моего брата, леди д’Орсе? Что вы от него хотите?

Эвелин ожидала подобного вопроса.

— Он помог мне, моему мужу и моей дочери бежать из Франции четыре года назад. Мы договорились, что нас вывезет бельгийский моряк, но он просто не дождался нас в назначенный для нашего отъезда день. Мистер Грейстоун случайно оказался в гавани той ночью. Наш знакомый отправил нас к нему, и ваш брат согласился перевезти нас. Я, несомненно, у него в долгу.

Вскинув брови и ещё больше округлив глаза, Джулианна ответила:

— Понятно.

Но это было какое-то время назад. Вы что, пытаетесь вернуть тот долг?

Эвелин улыбнулась. Объяснить остальное было уже тяжело.

— Не совсем. Собственно, мистер Грейстоун не помнит о том, что помог мне и моей семье бежать из Франции.

Брови Джулианны снова взлетели вверх.

Эвелин почувствовала, что покраснела ещё больше.

— Я — корнуоллка, леди Педжет. Я знаю, что вы тоже родились и выросли в Корнуолле.