Я узнала его по голосу – Стас, он один из замов Петра.
– Без моей отмашки он ничего не предпримет, но может сам прикатить. Попроси не дергаться и без моего звонка ничего не предпринимать. Я с Гансом и Медведем пойду знакомиться с незваными гостями, когда вернусь – отзвонюсь, – мой муж уже в боевой готовности, отдает приказы.
Теперь я начинаю волноваться, страх заползает под кожу. Пока Амир не сказал, что он уходит, я просто подслушивала. Было волнение, небольшой страх, но сейчас это животный ужас, раздирающий внутренности.
Кто эти люди? Зачем они следят за нами? Что собираются делать? Вопросы роятся в моей голове, а ответов нет.
– Амир, у тебя медовый месяц, – напоминает Стас моему мужу.
В этот момент хочется выйти и сказать: «да, дорогой, у тебя медовый месяц, и ты никуда не пойдешь». Но я так никогда не поступлю. За три года, которые я прожила в доме Чехоевых, я многое усвоила и поняла. Они настоящие мужчины, и если нужно идти воевать, они не будут слушать женщин, даже очень любимых. Тут только смириться и отпустить.
Сидеть и молиться, чтобы вернулись живыми. Амир никогда не спрячется за спинами других, своих врагов он встретит лицом к лицу.
– Я помню, Стас, – твердый ответ недрогнувшим голосом.
– Давай я пойду…
Еще до того, как заговорил Амир, я знала, что он скажет."
"– Ты останешься с Кариной. Глаз с нее не спускать. Отвечаешь головой, – по коже проходится волна дрожи, на глаза набегают слезы. Тут и страх, и любовь, и благодарность за то, что он такой – настоящий мужчина. Не прячется за спинами, сделает все, чтобы защитить.
– Понял, глаз не спускать…
Дальше я не слушаю, в любой момент Амир может вернуться. Спешу в кухню, стараюсь бежать на носочках. Не успеваю выровнять дыхание, уверенные шаги звучат совсем рядом. Беру вилку в руку, поддев пасту, тяну в рот. Амир подходит, поднимаю на него взгляд, он смотрит не на меня, а на тарелку с остывшей пастой.
– Подслушивала, – констатирует он. – Что мне с тобой делать, выдрочка? Наказания на тебя не действуют, – ведет головой из стороны в сторону, еще бы вздохнул громко и выдохнул тяжело.
– Можешь остаться и попробовать еще раз наказать… или несколько раз, – делаю заманчивое предложение, замечаю, как оно находит отклик, но Амир непоколебим.
– Из дома до моего возвращения не выходишь, – жестко произносит он, из голоса пропадает мягкость. Давит своим взглядом, я даже сама не понимаю, как соглашаюсь и киваю. – Твой телефон я отдам Стасу.
– Зачем?
– Так надо, Карина.
– Не объяснишь? – завожусь я.
