– Что ж тогда?
– Мне почему-то кажется, что Аверин тебя разыграл… Вот что, поехали к нему в офис и все еще раз как следует осмотрим. Если что, вызовем милицию. В случае отсутствия каких-либо следов преступления помалкиваем и ждем утра. Завтра в рабочее время ясно станет…
Вроде бы Женька рассуждала здраво, но было одно «но»: Женька не видела Аверина за шкафом, а вот я видела и точно знала, что он мертв и ни о каком розыгрыше не может быть и речи.
– Хорошо, поедем в офис, – согласилась я, мы вызвали такси и через некоторое время вновь стояли на высоком крыльце, попросив таксиста немного подождать.
Нас сразу же озадачили две вещи: свет ни в одном из окон не горел, дверь заперта, а сигнализация включена. Мы позвонили, разумеется, без всякого толка, переглянулись и пошли к машине.
– Ничего не понимаю, – искренне сказала я, а Женька начала ко мне приглядываться. Это здорово злило, и я потребовала: – Отцепись.
– А чего я? – обиделась подружка.
В такси мы решили, что ночевать мне следует у Женьки: во-первых, одна я все равно не усну, во-вторых, Женька прямо заявила, что хотела бы иметь меня перед глазами, а ну как я еще чего-нибудь увижу?
Большую часть ночи мы не спали, высказывали различные предположения и изводили друг друга вопросами, на которые не знали ответов.
Утром было решено на работу не ходить до тех пор, пока не разберемся с Авериным. Женька позвонила в редакцию, а я Денису, после чего мы переглянулись, я дрожащей рукой набрала номер офиса Ярослава Сергеевича и услышала голос секретаря.
– Ярослав Сергеевич у себя? – задала я вопрос.
– Нет. Он будет только в пятницу.
– Извините, а где он в настоящее время?
Мне ответили вопросом на вопрос:
– А кто его спрашивает?
– Знакомая. Мы договорились встретиться и…
– Ярослав Сергеевич в Москве по делам фирмы, будет в пятницу к обеду.
– А сегодня среда, – вздохнула Женька. – Если у них там все тихо-спокойно, то, может, Аверин впрямь живой?
– А я кого видела? – зло поинтересовалась я, потому что выходило, что я спятила, а верить в такое не хотелось.
– До пятницы будем помалкивать, – поучала меня Женька. – Вот уж если в пятницу он не объявится, значит, труп действительно был, и мы сообщим о нем куда следует, а так нас просто засмеют, к тому же если Аверин вернется из Москвы и узнает, что мы его зачислили в покойники, то денег нам он точно не даст.
Поскучав немного и не придумав ничего лучшего, мы отправились на работу.
