"
"Я попыталась с ним договориться, но потерпела неудачу. Охранник отказался пускать меня к мужу. Не помогли ни угрозы, ни попытка подкупа. Он был несгибаем.
Тогда я решила поговорить с Андреем, но и здесь меня ждала неудача: его не оказалось в кабинете. Офис уже опустел, все разошлись по домам. Но Рому, похоже, не собирались отпускать.
Ничего не добившись, я вернулась домой. Конечно, я не собиралась сдаваться. Завтра с утра пораньше снова отправлюсь в офис.
— Как успехи? — Ира встречала меня на пороге.
Я вздрогнула от неожиданности. Нервы и без того были на пределе, так еще золовка пугает.
Я рассказала о своих невеликих достижениях, а точнее об их отсутствии. Едва умолкла, Ира двинулась ко мне. Молча, неотвратимо. Я пятилась до тех пор, пока не уперлась спиной в стену. Отступать дальше было некуда, и я прижала руки к груди в защитном жесте.
— Я не позволю тебе, маленькая дрянь, погубить моего брата, — шипела Ира. — Ты немедленно пойдешь к Андрею, упадешь ему в ноги и будешь молить о прощении для Ромы.
А главное — ты сделаешь все, что он пожелает. Захочет минет, значит, поработаешь ртом. Захочет чего-то большего, раздвинешь ноги. Но Ромка должен вернуться домой!
— Я не стану…, - начала возражать, но никто не слушал.
Ира, схватив за предплечье, потащила меня к входной двери. Столько силы было в этой сухонькой женщине, что сопротивление оказалось бесполезно. Как я не цеплялась за кресло, как не тормозила ногами об пол, золовка все равно дотащила меня до цели.
— Но сейчас ночь! — взывала я к жалости.
— Самое подходящее время.
Она выставила меня в подъезд и захлопнула дверь перед моим носом. Я молотила кулаками по двери. Без толку. Она не открыла. И что мне теперь делать?
К Андрею я на ночь глядя не пойду. Воображаю, как его жена обрадуется такому визиту! Можно попробовать спуститься и взять запасные ключи у консьержа, но мне было стыдно признаваться, что меня выставили из дома. И даже если я их возьму, Ира снова выгонит меня.
Ничего не изменится.
Не передать, как я на нее злилась! За ее слова, после которых хотелось принять душ, за грубость, за обвинения. Но Ира была не единственным, кого я мысленно ругала последними словами. Был еще Ветров. В словах золовки имелась доля правды: именно Андрею выгоден арест Ромы. Если это способ надавить на меня, то он не на ту напал. Я буду бороться до последнего. Но одна мысль все не давала покоя — подавать иск или нет решать главе компании.
