— И я уверен, что ты великолепна, но она единственная, кому позволено скакать на моем члене, как на родео.
— Что ж, это хорошо, — говорю я сквозь смех. — Но Эйч, я же тебе говорила. Я твоя девушка.
Он мотает головой из стороны в сторону, а затем останавливается, его глаза расширяются, как будто он осознал, насколько это плохая идея.
— Хейс, — говорю я, беря его лицо в свои руки. — Посмотри на меня.
Его взгляд встречается с моим, и требуется мгновение, чтобы осознать это, но затем его лицо загорается.
— Ты - моя Лейкин! — Он справляется со своим ремнем и одним движением сбрасывает штаны и боксеры, освобождая свой член, который в данный момент определенно не готов к родео.
— Запрыгивай, ковбойша! Этот бык весь твой.
Я падаю на кровать, не в силах сдержать себя, когда Хейс гордо улыбается мне в ответ. — Это отличный бык, детка, но ты слишком пьян. У тебя ни за что не получится вставить эту штуку. Может, сначала поспим, а сексом займемся утром, когда тебя уже не будет тошнить на меня?
Он надувается, пока я натягиваю на него боксеры, но как только я проскальзываю в постель и прижимаюсь к нему, он обхватывает меня руками и легко засыпает.
Утром я просыпаюсь от мягких поцелуев, нежно касающихся моей шеи. Хейс просовывает руку под футболку и поглаживает пальцами мой сосок. Я выгибаюсь в его руках и тихо стону.
— Доброе утро, — бормочет он.
Честно говоря, я удивлена. Я думала, что у него будет большее похмелье, чем сейчас.
— Доброе утро, — говорю я, затаив дыхание. — Сегодня утром кто-то проснулся с хорошим настроем.
Он напевает, оставляя еще один поцелуй прямо у меня за ухом. — Как я мог этого не сделать? Я проснулся рядом с тобой.
Я ухмыляюсь. — Ты довольно милый собеседник для того, кто даже не помнил, кем я была прошлой ночью. Хотя, было приятно услышать, как ты сказал, что мне нужно уйти, потому что у тебя есть девушка.
— Я этого не делал. — Все его поддразнивания прекращаются, и он стонет в подушку.
— Скажи мне, что ты лжешь.
Я поворачиваюсь в его объятиях лицом к нему. — Ты сделал. По-моему, ты сказал, что я единственная, кому позволено скакать на твоем члене, как на родео.
— Ради всего святого.
Я могла бы продолжить и рассказать ему, что он сказал мне запрыгнуть на него, когда его член был полностью вялым, но я не думаю, что его эго сейчас выдержит еще один удар. Не сейчас, когда он и так выглядит потрясенным.
