Он действительно будет трахать меня на каждом дюйме этого дома, и от одной мысли об этом я сжимаю бедрами его голову. Это только еще больше подстегивает его. Его движения ускоряются, и пальцы находят внутри меня ту точку, от которой я вижу звезды.
— Отдай мне это, Лейкин, — требует он. — Кончи на мой язык, чтобы я мог зарыться в тебя поглубже.
Бесполезно даже пытаться отказать ему. Мое тело принадлежит ему, и он знает это лучше, чем что-либо другое. Все, что он хочет, он получает - в том числе и мой оргазм. Давление настолько сильное, что когда он в очередной раз присасывается к моему клитору и проникает пальцами в точку G, я выкрикиваю его имя и падаю обратно на стойку.
"
"Он следует за моим телом, не отпуская ни на секунду, всасывая каждую частичку того, что я ему даю. И то, как он стонет от вкуса моего кайфа, - это самое сексуальное зрелище, которое я когда-либо видела.
В тот момент, когда мое тело расслабляется, он встает и окидывает меня взглядом, медленно спуская штаны. Он обхватывает свой член и проводит по нему рукой, наблюдая за мной.
— Ты просто мечта, — пробормотал он. — Я никогда не смогу насытиться тобой.
Моя грудь вздымается и опускается от тяжелого дыхания, когда он трет своим членом мой клитор. Я так чувствительна и так возбуждена от только что сотрясшего меня оргазма, что тут же начинаю извиваться. И когда я чувствую, как он начинает входить в меня, абсолютно голым, это заставляет меня хотеть его еще больше.
— Это нормально? — спрашивает он.
Я киваю. — Мне нужно почувствовать тебя.
Всего тебя.
Его глаза темнеют, и он прикусывает губу, вжимаясь в меня своим членом.
Для этого нет слов. Невозможно объяснить, как потрясающе чувствовать его внутри себя. В воде - это одно, а здесь? Это сексуальный рай, мать его.
Мышцы Хейса напрягаются, и он закрывает глаза, поглощенный ощущениями. Это заставляет меня задуматься, и я не могу удержаться от вопроса.
— Ты никогда... — мой голос затихает, но он знает, о чем я спрашиваю.
Он смотрит на меня с той же откровенностью, что и в тот день на яхте.
Когда мы оба были в центре свободного падения, которое никто из нас не мог отрицать.
— Только с тобой, — признается он. — Всегда только ты.
Черт. Что-то в осознании того, что я единственная, с кем он когда-либо был вот так, заставляет меня сжиматься вокруг него и использовать свои пятки на его заднице, чтобы втянуть его глубже. Это так сильно. Так мощно. Чувствуя, как он трахает меня с такой силой, я хочу, чтобы он всегда был глубоко внутри меня.
