Капучинка

К тому же, оказывая определенные услуги по запугиванию или отлову конкурентов своему родственнику-депутату Артурчик, он же Айс, не испытывал финансовых трудностей. И с еще большим упоением занимался любимым делом.

Богдан обратился к приятелям в органы, которые уже давно собирались прикрыть и Айса и его братьев по разуму, но небезызвестный депутат умело дергал за нужные ему ниточки. Парни с радостью помогли, подсобили, и даже изъявили желание поработать внеурочно. Айс и копания давненько стояли у них поперек горла.

Притащив стручка и Айса к общей кучке и заставив их принять то же самое положение, в котором находились все повязанные скины, Богдан и Гор заняли место за их спинами.

Черт приблизился к вновь прибывшим.

— Меня трогать нельзя, — проговорил Ян, — У меня отец не последний человек в городе. Разрешите позвонить ему, и он привезет нужную сумму.

— А сколько ты сам попросил бы за девчонку? — спокойно поинтересовался Черт, останавливаясь около пацана. Надо сказать, что вид стручка, практически обмочившегося от страха, вызывал брезгливость, — Какую сумму назвал бы моему сыну, чтобы ты не тронул его жену?

— Я не знаю, — мотнул головой Ян, — Пару миллионов. У него денег валом.

— Как думаешь, он заплатил бы? — продолжал спокойно говорить Черт.

А Ян, не чувствуя подвоха, считая, что на верном пути переговоров, расслабился.

— Да легко, — пожал плечом стручок.

— А дальше, что бы он сделал дальше? — Черт медленно вынул зажигалку из кармана, прикурил.

— Ну, увез бы ее домой, — предположил Ян, — Так я позвоню отцу?

— А с тобой? Что бы он сделал с тобой? — Черт уже не играл с пацаном, буравил его взглядом, отчего Ян почувствовал себя неуверенным.

— Отпустил бы? — уже вопрос, а не предположение.

— Ты ударил его жену, угрожал изнасилованием, оскорблял на его глазах, промолчу о состоянии танцевальной студии, — перечислил Черт, — И считаешь, что мой сын тебя отпустит?

Ян судорожно сглотнул, в полной мере осознавая, размер той лужи дерьма в которую вляпался.

Черт бросил на пол недокуренную сигарету, вдавил ее ботинком в мусор.

— Под замок, остальных в замес, — раздался короткий хлесткий приказ.

— Нет! Нет! Меня нельзя трогать! — вдруг заверещал Ян, — Я ведь ей ничего не сделал! Ну ударил. Бывает. Но я все осознал. Я уеду и забуду о ней.