Карабинер (СИ)

- Ещё тот, постоянно кого-то изображаю, то полицейского, то просто доброго парня. – Она в силу возраста не понимает его умора, детское лицо озаряется, и я чувствую, как у меня начинает сосать под рёбрами. Не могу заставить себя даже моргнуть. – Откуда это?

Он проводит рукой вдоль синяка, не касаясь руки, невесомо очерчивает. Глаза грозного сирийца темнеют.

- На чей кулак? – Внутри всё сжимается. Меня умиляет наблюдать за Зейдом, неожиданно он вполне естественен с детьми, нет грубости и жестокости, колющего холода.

А ещё, в этой девочке я вижу себя. Кажется, я сама так тянусь к Зейду, чувствуя силу, способную защитить от всех бед.

- Ни на чей. – Отвечает девочка, опуская глаза, но не выпуская его лицо из рук, цепляется как за спасательный круг. – Я сама.

- Врать не хорошо. – Качает головой мой спутник. – В следующий раз, когда будешь падать, сожми правую руку в кулак и бей в ответ!

- Ты так и не скажешь, зачем ездил в детский дом?

- Врать я не люблю, а правду сказать не могу. – Отвечает непринуждённо мужчина, забрасывая лёд в стакан.

На Зейде остались только одни брюки. Босой и дико сексуальный он притягивал к себе взгляд магнитом. У меня запершило в горле от этого эротичного зрелища.

Я сидела на диване и нервно раскачивала ногой.

Карабинер не предпринимал никаких попыток сближения со мной, не трогал, не говорил ничего распутного, вёл себя образцово. Нельзя было даже сказать, что он голоден и хочет секса. В мою голову стали даже закрадываться мысли, что он находит секс на стороне.

Это единственное объясняло причину, почему он так долго держится.

Даже мои нервы давали сбой.

- Почему не можешь? – Кривится, оглядывается и смотрит на мои попытки удержать себя в руках. Отсутствие секса сказывалось и на мне, я стала дёрганая вся.

- Дать тебе выпить, чтобы успокоить нервы? – спрашивает он, откровенно веселясь. Зейда забавляли мои душевные терзания. Он всегда читал меня как раскрытую книгу, и сейчас, конечно же, догадывался, что меня распирает от желания прижаться к идеальному прессу, ощутить тяжесть его тела.

– Ты совсем в родном городе потеряла покой.

Одного дня в Ярославле мне оказалось достаточно, чтобы понять, что возвращаться сюда я не хочу. Тут не было близких мне людей, ничего больше не связывало меня с этим городом, а наоборот – напоминало о прошлом.

- Почему бы и нет. – Поднимаюсь на ноги и подхожу к Зейду. – Я тоже буду виски.

Почти не пью такой крепкий алкоголь, пробовала его пару раз в жизни.