– Сдать оставшиеся игры и сложить выручку в карман!
– Не было этого! Вот крест – не было! – открестился он, и тут Марина потеряла остатки терпения:
– Так, вижу, не понимаешь по-хорошему! Будем делать, как всегда. Вилли! – окликнула она, и тот мгновенно обхватил Марадону сзади за горло. Глаза у главного тренера полезли из орбит, он вцепился пальцами в руку Вилли, стараясь ослабить хватку, но тщетно.
– Вася, не доводи до греха! – попросила Марина, вглядываясь в его побуревшее лицо.
– Ты ведь меня знаешь – я все равно заставлю тебя признаться, но живым ты отсюда уже не уйдешь. Комбар, ну-ка, зрителей поближе, партер свободен! – обернулась она к Матвею, и его пацаны подогнали пятерых игроков прямо к тому месту, где стоял Вилли. Их лица были больше похожи на белые больничные простыни, в глазах у всех застыло выражение ужаса.
– Что, пацаны, страшненько? – поинтересовалась Коваль, закуривая сигарету, протянутую Хохлом. – Так это еще присказка, сказка дальше будет.
Вот только счастливого конца не обещаю – мои истории всегда плохо заканчиваются. Я внимательно слушаю – кто расскажет мне, что произошло и чья это была блестящая идея – надуть Наковальню? Вилли, отпусти его, пусть воздуха глотнет, а то отрубится раньше времени, – велела она, заметив, что Марадона вот-вот потеряет сознание, и снова повернулась к футболистам: – Ну, не молчим.
– Да мы-то чего… – начал капитан команды Андрей Суровцев, высокий, крепкий на вид парень лет двадцати восьми.
– Дело-то ясное – команда на вылет, а жить надо, денег не платят…
– Что?! – не поверила Марина. – Как не платят? А чем, по-твоему, я занимаюсь тогда?
– Не знаю, Марина Викторовна, – продолжил Суровцев, честно и прямо глядя ей в лицо, – но денег мы не видели последние три месяца, а премиальных вообще ни одних не получили.
Коваль оперлась подбородком о поставленную на подлокотник кресла руку и задумчиво посмотрела на валяющегося неподалеку Марадону.
Стало вдруг очень тихо, все ждали ее реакции, прекрасно понимая, что главный тренер теперь так просто не отделается, за подобный косяк Марина, скорее всего, сдерет с него шкуру, но она только постукивала по щеке ногтями и молчала. Значит, все это время под шумок Марадона прикарманивал практически все, что она переводила на счет клуба… Ну что ж – теперь ее не будут мучить угрызения совести.
