Карамазов. Книга 2

— Уна, Канги, помогите разобраться с этими, — приказал незнакомец и указал на охранников.

Бойцы переглянулись и бросились вперед.

Один из них на ходу создал веревку с петлей и накинул ее на шею охранника, голову которого скрывал мешок. Рядом тут же появилось дерево, и парень деловито перебросил через сук веревку и повис на ней, вздергивая противника над асфальтом.

В руке Уны появился серп, который она метнула в сторону последнего противника. Удар пришелся в броню, и с рук парня сорвался веер кровавых ядовитых брызг.

Контратака была быстрой и выводила на связку. Плетения которой были стремительными и смертоносными. Но главарь только и ждал этого.

Брошенное им призрачное копье пробило грудь атакующего бойца, оборвав серию. Лезвие вышло из спины обагренным жалом. Уна подскочила, с громким выкриком подхватила копье, подняла бойца и присела на колено, с силой ударяя древко в мостовую. Несчастный оказался насаженным на оружие как бабочка на булавку. Уна одним росчерком серпа развалила череп бойца надвое.

Добрынин уже понял, что победа не на их стороне.

И от этой мысли лоб князя покрылся испариной. А руки мелко задрожали. Он наконец смог справиться с ручкой, пытаясь распахнуть покореженную дверь. Вышло у него это далеко не с первого раза. А когда же князь выпал на улицу, рядом с ним стояла четвертый подручный маньяка.

Ладони в черных перчатках схватили мужчину за плечи и рывком подняли на ноги. Князь прикоснулся к плетению, отбросив противника к стене. И копию поглотил песчаный вихрь. Но следующее плетение уже не ответило на призыв Антона.

Лоза обернулась вокруг тела Добрынина, царапая шипами. Спутывая по рукам и ногами, не давая князю ни пошевелиться, ни активировать плетения.

Тем временем трио уже заканчивало разбираться с парой последних бойцов. Телохранитель князя, атакованный волками, поднялся с земли. Он был изодран клыками животных, но смог с ними совладать. Парень ударил вокруг волной огня. Начал плетения, атакуя Канге. Однако за его спиной возник черный медведь. Он вонзил в жертву кинжалоподобные зубы, и лапами разодрал тело пополам.

Канге пнул подвешенного, который все еще дергался на веревке. Боец хрипел, суча ногами в воздухе и пытаясь найти опору.

— Скорее, родичи, — хохотнул парень. — Тяжело… держать… этого…

— Апачи не жалуются на трудности, — усмехнулся главарь. — Он твой, сестра. Добей его."

"Уна кивнула. Шагнула в сторону повешенного, и полоснула его серпом по животу. Лезвие рассекло кожу и плоть, а следующий удар серпа рассек ребра.