Карамазов. Книга 3

Сначала я хотел отобрать коллекцию, которая принадлежала вашему деду. Но потом подумал: зачем мне эти безделушки? Коллекции поделены, объектов в мире почти не осталось. И я решил, что имею достаточно объектов для достижения цели.

— Хаос, — пробормотал я.

Чернов сделал глоток отвара и мечтательно прикрыл глаза:

— Видите ли, я не в восторге от того, как все здесь устроено. Аристократы косо смотрят на бастардов, бастарды, в свою очередь, ни во что не ставят простолюдинов. Вам никогда не казалось, что все это… неправильно?

Я только пожал плечами:

— Разве где-то бывает по-другому?

Чернов покачал головой:

— В этом мире нет.

Но вот в Гигаполисе-вполне. К слову, Цареубийца приходил из Гигаполиса. У них нет никаких кастовых делений. Свобода, равенство и справедливость.

— Ну, там наверняка полно своих сложностей, — парировал я.

Но Чернов проигнорировал мое замечание. Он отхлебнул напиток и отставил чашку.

— И вы решили устроить здесь все как в этом вашем Гигаполисе? — ехидно уточнил я.

Но Петр только покачал головой.

— Нет. Так решили вы. И я вас не виню. Ваши поступки можно оправдать. Вы защищали близких людей. Видят боги, я не хотел, чтобы все это коснулось Кристины Михайловны. Она милая невинная девушка. По крайней мере, если вы не испортили ее, — он сощурился, взглянув на меня. — Я считал, что убийство Милорадовича, сына генерал-губернатора, станет достаточным основанием, чтобы Император решил сменить Хранителя. В этом случае Калинин вынужден был бы надавить на вас с поисками одержимого.

Ну а дальше все было бы делом техники.

— О чем вы?

— Василий был человеком недалёким. И решил прибегнуть к репрессиям. За что и поплатился.

— Вихо тоже ваших рук дело?

Петр кивнул:

— Я выпустил его из… спецтюрьмы.

— Чтобы он убил бесоборцев?

— Нет, это было приятным бонусом. Я знал, что Рипер, мироходец, придет за братцем. Он не умеет держать себя в руках и склонен к театральщине. Он способен устраивать лишь хаос и анархию.

— Потому что тоже ненавидит аристократов?

— Нет.

Он любит их, — возразил мужчина с жаром. — Точнее любит их убивать. Но его умение нести слово сделало его настоящим героем среди простого люда. И даже бастарды относятся к нему с уважением. Это было камнем, который падает в воду и создаёт на глади круги.

— А затем, на сцену вышел Цареубийца, — пробормотал я."

"— Не только он. Я выпустил из тюрьмы своего братца. Хранителя Справедливости. И он смог закрепить то, что начал Рипер.