Карамазов. Книга 3

— Есть деревья, плоды которых нельзя вкушать, — негромко поведала Ягиня, словно никому и не обращаясь. — Они не для пищи человеческой созданы. И ни одна рука не может сорвать их без наказания…

Хозяйка посмотрела на меня и устало сказала:

— Ну? Спрашивай.

— Так я же вроде…

— Задай вопрос, — жестко оборвала меня Ягиня и меня пробрало морозом от этого голоса.

Я откашлялся, прочищая горло, и спросил:

— Где искать остров Дарроу?

Ягиня кивнула и зашептала:

— Катись, катись, яблочко по серебряному блюдечку. Покажи ты мне на блюдечке.

Я аж рот разинул от удивления. Яблоко само задвигалось по краю блюдца, постепенно вращаясь все быстрее. Поверхность посуды начала светиться. И на поверхности показался густой, молочно-белый туман, который стал медленно рассеиваться. И я уставился на старую, заброшенную деревню, в центре которой высилось сложенное из черного камня трехэтажное здание. Она и вправду была на острове посреди большого озера.

Остров уменьшился, и на дне блюдца стала видна трасса, ведущая из города. А затем, масштаб еще уменьшился. И я, прищурившись, с трудом рассмотрел, что трасса эта ведет от города на северо-запад. И съезд, который вел в лесной массив.

— Ну все, — произнесла Ягиня, и морок рассеялся. И я пораженно уставился на обычное блюдце. В центре которого лежало сморщенное, подгнившее яблоко. Но я мог поклясться, что несколько минут назад, оно было вполне нормальным и спелым.

— Это как же туда добираться? — пробормотал я.

— Пешком, — спокойно ответила девушка. Которая теперь, казалось, постарела лет на тридцать. В уголках глаз залегла глубокая сетка морщин, а в черных волосах седина стала еще заметнее. — Раньше я сказала бы, что тебе понадобится железный посох и железные ботинки. Но сегодня я не в настроении шутить.

Где-то над крышей послышалось клокотание. И я поднял голову:

— Это лебеди, — спокойно ответила Ягиня. — Тебе не стоит их бояться.

— И куда они летят?

— За реку, — произнесла женщина. — Провожают души на ту сторону.

Отчего-то мне вспомнилась серебристая лента реки, которую я видел за деревьями. И от этой мысли меня передернуло. Заметив мою реакцию, Ягиня улыбнулась:

— Не беспокойся. Для того я здесь и сижу.

Я зябко поежился. В комнате почему-то стало очень холодно. Ноздри уловили едва заметный запах тлена. А еще, фиалок и нарциссов. Впрочем, морок быстро пропал.