Каратель

А вот тебе стоит поостеречься…

– Не понял! – рявкнул Кирилленко, оглядываясь на стоявшую в пятидесяти метрах позади собеседников черную служебную «Волгу». – Что, борзеть начинаешь?"

"– Не надо так нервничать, нам, людям пожилым, это вредно! – поморщился Корнеич. – Лучше обговорим детали. Вот, – вор сунул руку в карман плаща и достал клочок бумаги, – здесь номер счета в шведском «Индастриал Моушен банк». Деньги – миллион американских долларов – должны поступить туда не позднее чем через… три дня…

– Я не успею.

– Сказки, начальник, будешь загибать своим будущим внукам, а меня они уже давно не трогают.

Едем дальше… – Корнеич подождал, пока Кирилленко уберет в карман переданный ему листок с цифрами, а потом продолжил: – Как только баксы упадут на счет, я немедленно звоню тебе на сотовый и говорю, где взять кассету. На этом сделка считается завершенной. Ну, как я придумал, хорошо?! – вор улыбнулся и с видом победителя посмотрел на злого как черт полковника.

– Не то слово! – огрызнулся тот. – Пока можешь радоваться.

Не знаю, какими тайными тропами Безукладников вышел на такого прожженного ухаря, как ты, и отдал на хранение кассету, но хочу тебя предупредить – после совершения обмена я не дам за твою поганую душу даже раздавленного «бычка»! До сих пор никому еще не удавалось так безнаказанно шутить с полковником Кирилленко, и ты тоже не станешь исключением… За секунду до смерти ты вспомнишь эти мои слова, обещаю.

Виктор Викторович смерил вора уничижительным взглядом, развернулся и твердым шагом направился к машине.

Когда полковничья «Волга» скрылась за поворотом, Корнеич, проводив ее взглядом, тяжело вздохнул, вынул из карманов плаща дряблые, со вздувшимися венами руки и обнаружил, что они дрожат.

– Все, дожму этого поганого мента и ухожу на покой, – пробормотал заслуженный вор себе под нос. – Стар я стал для таких игр… – Потом Корнеич вдруг злорадно улыбнулся и добавил: – А все-таки прищучил я эту падлу злоебучую, прищучил! Ишь ты! И нашим и вашим всю жизнь служить пытался, сука!

И старик бодро зашагал к припаркованному возле здания Финляндского вокзала «Мерседесу» серебристо-серого цвета.

Он потянул на себя дверцу, бросил на сиденье сложенный зонтик, потом сел сам и тихо приказал, обращаясь к сидевшему впереди крепкому парню в черной кожаной куртке:

– Домой вези! Устал я что-то сегодня…

Глава 20

Подняв воротник из-за пронизывающего ветра, Ворон шел по тротуару, искоса поглядывая на автобусную остановку на другой стороне улицы.