— Но что такое Эбон Мюллей? Негр, старая развалина под шестьдесят лет, пьяный семь дней на неделе и продающий победу за стакан водки. Дюскет должен был бы побить его в двадцать секунд. Дюскет не знает хороших приемов.
— Не знает, это верно, — согласился Нед. — Но у него сноровка хорошего бойца.
— Э, старая история! Если кто-нибудь порядочно боксирует, про него говорят, что он знает приемы, но недостаточно тренирован. А когда малый не умеет отличить правой руки от левой, его хвалят и говорят, что хотя он и не учен, обладает хорошей сноровкой.
Скин со скрытым уважением посмотрел на своего ученика, замечания и слова которого часто казались ему равными по мудрости мыслям самой госпожи Скин.
— Сэм, действительно, говорил сегодня что-то в этом роде. Он говорил, что вы молокосос и что он живо разделался бы с вами, если бы пришлось встретиться на арене.
Ученик свистнул.
— Я хотел бы услышать, как Сэм Дюскет говорил это, — сказал он угрожающе.
— А что бы вы сделали ему? — подмигнул Нед.
— Ему бы не поздоровилось, ручаюсь вам за это.
— Ну, скорее уж он проглотил бы вас.
— Он охотно бы так поступил, если бы мог. Он с удовольствием проглотил бы и вас, если бы ему удалось только насыпать вам соли на хвост. А хвастается он потому, что у меня нет денег, пятидесяти фунтов залога, которые Сэм требует в качестве приза за победу, если она будет на его стороне.
— Нет денег! — возмутился Скин. — Раньше середины завтрашнего дня будут пятьдесят фунтов у человека, за которого я ручаюсь. Надо же юноше когда-нибудь начинать! Моя первая битва на тоэмском поле шла, впрочем, всего на пять шиллингов, и я был горд, что выиграл ее.
Я вовсе не хочу, чтобы вы непременно дрались с Сэмом Дюскетом, но не говорите, что у вас нет денег. Для того, чтобы добыть их достаточно, чтобы Нед Скин указал на вас и заявил: вот человек, за которого Нед Скин ручается!
Ученик колебался.
— Полагаете ли вы, Нед, что я должен вызвать его? — спросил он.
— Это меня не касается, — почему-то рассердился Скин. — Я знаю, как поступил бы в ваши годы.
Но, может быть, вам следует быть благоразумным. Скажу вам откровенно, мне не очень-то хотелось бы видеть вас побежденным таким противником, как Сэм Дюскет.
— Согласитесь ли вы помочь мне тренироваться, если я вызову его? — спросил юноша.
— Соглашусь ли я! — в восторге прокричал Нед. — Я не только буду тренировать вас, но дам вам деньги. И вы будете победителем, клянусь вам святым Георгием.
— Тогда, — радостно воскликнул ученик, — я вызову его.
