"
"Труммер перехватил корзину с фруктами и с немалым волнением шагнул на твердь иномирского плота. Та слегка пружинила под ногами, весьма напоминая собой чуточку рифлённую поверхность стеблей хвоща.
Установив корзину на какое-то возвышение, поощер широким жестом указал на разнообразие товара, словно предлагая попробовать и оценить на вкус. После чего стал брать тот или иной фрукт, называть его несколько раз и качественно нахваливать. Но в то же время его внутреннее беспокойство нарастало, опасения за свою жизнь стали бить в набат.
А всему виной поведение жабокряков.
Шесть из них бесцеремонно ринулись на катер, переворачивая там всё вверх дном, взламывая грубо ящички и рундуки, пытаясь вскрыть кожух с мотора и систем управления. Подобным образом ведут себя только конченые вандалы. Ещё десяток дикарей окружил Поля, угрожающе покачивая короткими костяными копьями или тяжёлыми каменными шарами, висящими на сплетённых жилах или полосках кожи.
Ну и самое неприятное, сразу прекращающее любую суть начавшихся переговоров, – это практически демонстративный уход главного типа в трико с золотистыми полосками. Только и прошипел некое распоряжение для своих подчинённых. Словно его больше ничего не интересует, он спустился по трапу во внутренности острова.
Ну и дальнейшие действия одного из копьеносцев подвели жирную черту под любыми попытками мирного контакта. Чужак резко взмахнул своим оружием и острым наконечником сделал глубокую царапину на щеке не успевшего отпрянуть человека.
Хлынула довольно обильно кровь. Что вызвало явное веселье и оживление среди жабокряков. Они шумно заперхали, словно смеясь и от всей души издеваясь над беззащитным и страшно глупым торговцем.
Но ведь беззащитность эта выглядела мнимой, и в душе Поль уже подписал смертный приговор всем присутствующим. Тем более он поразился и замер на некоторое время в ступоре, когда один из дикарей направил на него раструб какой-то сложной, тройственной ракушки и прошипел-прокрякал нечто в её узкое отверстие.
А на выходе получились вполне связные и понимаемые слова на рииксти:
– Этот океан навсегда стал нашим! А на его берегах мы разрешим жить только нашим рабам и нашим данникам!
«Вот тебе и тупые водоплавающие! – проскакали табуном разные по направленности мысли.
