Каркуша или Красная кепка для Волка (СИ)

Вот такая вот фигня…

Не выдержав, я коротко хохотнула, покачав головой. И тихо, очень медленно, с расстановкой проговорила, даже не пытаясь сдержать души своей порывы:"

"— А не пойти ли Вам, Эрнест Степанович, в пеший эротический тур, м? Вместе с вашим соглашением, судом и этой самой тварью, назвать которую матерью — это ох как польстить всем психическим больным женщинам разом?!

— Мирослава, очень необдуманно с вашей стороны…

— О, поверьте, все очень даже обдуманно. И поступать я буду так, как сама сочту нужным, — я перебила мужчину, чувствуя, что меня банально и совершенно не по-детски начинает нести.

Так что отмахнувшись от адвоката, я сделала шаг вперед и ткнула пальцем в грудь матери, и почти со слогам тихо прошипела:

— На хрен. Идите. Оба. На хрен! Я не отдам тебе Даньку, не пущу в наш дом и нашу жизнь, и уж точно не собираюсь платить тебе какие-то деньги. Жизнь с тобой была гребанным Адом для нас обоих. Чертовым, гребанным Адом! И я не знаю, что ты себе там на придумывала… Но дважды я на эти граблю не встану! Так что… — вновь отстранившись, я с трудом удержалась от того, чтобы не плюнуть ей под ноги и выдохнула.

Наверное, не стоило поддаваться эмоциям и вестись на эту провокацию. Наверное, не стоило подходить так близко, да. Но как говорят в народе, знал бы прикуп — жил бы в Сочи. И увлекшись разборками с покорно хранившей молчание матерью, я совершенно упустила из виду ее спутника.

Когда этот Апьцгольд оказался прямо передо мною, я так и не поняла. Но он вырос как черт из-под земли, загородив собою свою подопечную. И ухватил меня за плечо до того, как я успела хоть что-то понять. Да так сильно, что я чудом не взвыла от боли, сознательно причиняемой сильными, узловатыми пальцами.

Что бы тут же задохнуться, когда металлический набалдашник трости обжег подбородок, впиваясь острым концом в кожу и заставляя поднять голову, глядя прямо на мужчину, стоявшего слишком близко ко мне.

— Нельзя быть такой глупой и самонадеянной, Мирослава. Суд вы не выстоите. Защитника не найдете, да и как я уже говорил, оплатить его услуги вам явно не по карману, — тихий, проникновенный голос пробирал до костей, вымораживал душу и сковывал тело. В сочетании с убийственно бесстрастным взглядом было действительно страшно. Только я по дурости, а может еще по какой причине, глаз не отводила, сжав зубы.