Каркуша или Красная кепка для Волка (СИ)

Потому что, черт бы меня побрал…

Улица встретила меня промозглым осенним ветром, начинающимся дождиком, косыми тенями от уличных фонарей и тем самым принцем, подпирающим спиной капот собственного автомобиля. Сеня успел куда-то испариться, оставив на память о себе едкий, самодовольный смешок и шарф, которым Псих меня чуть и не удушил, собственноручно перед выходом. А я…

Ну да, черт бы меня побрал. Ведь я, кажется, действительно влюбилась. Не смотря на разницу в социальном положении, трезвый взгляд на жизнь, отсутствие хоть какой-то мало-мальской привлекательности и умение найти неприятности там, где их в принципе не может быть.

И что тут сказать-то? Кроме традиционного «Каркуша, блин! Ну куда ж ты вляпалась?!», конечно же."

"Холодный ветер пробрался под куртку, напоминая о том, что на дворе никак не май месяц и даже не сентябрь. Я поежилась, показав язык страдальческой морде Весельникова, вывалившегося на крыльцо в совершенно невменяемом состоянии. И привычно уже увернувшись от попытки отвесить мне любимой подзатыльник, спешно ретировалась, сбежав по ступенькам вниз.

Правда, на этом вся моя неуемная энергия куда-то спешно подеваться успела. Потому что к поджидавшему меня Кальянову, успевшему где-то раздобыть изящный зонтик-трость все того же черного цвета, я не шла — плелась нога из-за ноги, засунув руки в карманы и не поднимая взгляда.

Пока не уперлась носом в чью-то грудь, обтянутую светлой рубашкой и черным пиджаком. Только тогда я подняла голову, отстраненно отметив, что противные, ледяные капли перестали попадать за воротник куртки.

И не удержалась, вновь прижимаясь лбом к мягкой, прохладной ткани, чувствуя, как меня осторожно обнимают одной рукой за плечи, легко касаясь пальцами полоски голой кожи на шее. Неожиданно нежно и приятно, вызывая волну странного трепета внизу живота.

Одна беда, я была бы не я, если бы что-нибудь не ляпнула, перечеркнув нафиг все очарование этого момента. Так что, ничего удивительного, что постояв так минуты три, я все же не удержалась, выдав совершенно без какой-либо задней мысли:

— Ну что, олень? Вези меня, в свою страну оленью…

— Каркуша… — страдальчески вздохнул Эрик, обнимая меня крепче и…

Коснулся губами моей макушки?!

Шанса на то, что бы открыть рот и поинтересоваться, а что, собственно, происходит, мне не дали.

Вообще. Весело фыркнув на мой обалдевший взгляд, Кальянов оперативно засунул меня в машину, отобрав сумку и бросив ее на заднее сиденье вместе с зонтом.