Каркуша или Красная кепка для Волка (СИ)

Не наследник семьи, не опора родителей, не обзаведшийся выдающимися связями, не… Чертова уйма всяких «не». И вроде бы никто его не осуждал за это. Только вот ему этого никто не объяснил. Ну и… Вышло, что вышло.

Пару минут в кабинете царило молчание. Брюнет задумчиво хмыкнул, потерев подбородок, и поинтересовался:

— И что дальше?

— Не знаю, — честно признался Эрик, покачав бокал в руке. — Моя… — запнувшись, он все-таки решил обойтись без упоминания Мирославы и продолжил. — Близкий мне человек посоветовал найти ему хороший центр реабилитации.

Но не в России. И отпустить его. Дать свободу, выбора и жизни.

— А это не навредит еще больше? — скептично уточнил Андрей.

— Я, в общем-то, на премию «Самый лучший брат» не претендую, — иронично усмехнувшись, Эрик едва заметно качнула головой. — Но и на идиота, пока что, тоже не тяну. Что бы там Харон не говорила.

— Это было всего один раз. — укоризненно заметил брюнет, все же не выдержав и широко улыбнувшись."

"— Ага, и звучало на протяжении всего ее длиннющего монолога, сводившемся к тому, что второго жмура корейской наружности она в морге не потерпит.

И прилюдно прикопает под ближайшим кактусом, — фыркнув, молодой человек зарылся пальцами в волосы. — Я не дурак, Андрей, но и выбор-то не особо велик. Родители хотят загнать его в психушку или запереть под пожизненным арестом дома, задушив тотальным контролем и лекарствами. А так… Место учебы, которые он выберет сам, центр реабилитации, где упор на психологическую помощь, а не залечивание. Комфортные, но простые условия. Социум. И осознание, что от него никто не ждет великих свершений, что он просто мой брат. Которому я всегда помогу и никогда не брошу.

Парни помолчали, осмысливая каждый свое. Андрей, может и не одобрял решение друга, но возражать не стал. В конце концов, тут действительно не угадаешь, что и как обернется. И уж тем более, никто не сможет предсказать реакцию Марка, после всего, что с ним было. Но, по крайне мере, Кальянов-старший мог точно сказать, что теперь он не сторонний наблюдатель, без возможности хоть что-то изменить.

От этого на душе становилось чуточку легче.

Впрочем, у него вполне мог быть очередной приступ депрессивной философии и жалости к самому себе. Все-таки хорошо, что сонбе оставил свою девушку заниматься любимым делом и третировать подчиненных. Патологоанатом из нее куда как лучше, чем психоаналитик, да и принимать Харон стоит малыми дозами и строго по назначении врача.