Каркуша или Красная кепка для Волка (СИ)

У меня не так много одежды, что бы каждый раз жертвовать штанами ради такого дела.

Холодное осеннее утро приятно радовало глаз изморозью на пожухлой траве и осознанием, что решение выбраться наружу в такую погоду явно неудачное. Особенно, когда вокруг тебя резвятся собаки, так и норовя попасть под ноги. В двойне особенно, если их владелец на это смотрит сквозь пальцы, втайне посмеиваясь, и смывается на утреннюю пробежку, намереваясь оставить тебя один на один с большой, мохнатой проблемой.

Ха, так кто-то ему и дал! Наивняк, птичка, блин, гордая и важная!

Возведя глаза к небу, я только головой покачала.

Если Эрик надеялся, что во мне вдруг взыграет любовь к физическим нагрузкам, то очень жестоко ошибался. Эта самая любовь во мне была грубо и бессовестно убита одноклассниками еще в школе. Когда моя субтильная светлость изволила на турнике повиснуть и ногами болтать. Так что, широко зевнув, я с наслаждением потянулась, поежившись от холодного ветра, забравшегося под толстовку. И, засунув руки в карманы, бодро гаркнула:

— Банда! Взять дятла на подлете!

Стая, как будто только этого и ждала, пущенной стрелой рванув вслед за хозяином.

И конечно, кто бы сомневался, что вперед вырвется великолепный Волк, на полголовы опередив Севера. Он мощными, длинными прыжками добрался до зазевавшегося Эрик и с разбегу запрыгнул на спину, сбивая парня с ног, под звонкий лай собратьев, тут же окруживших жертву собачьего произвола.

Мой зловредный смешок потонул в праведном возмущении Кальянова, пытавшегося отбиться от ластившихся к нему хаски, в приступе радости проходившихся буквально по нему всем своим немаленьким весом.

Север так и вовсе улегся на него сверху, вытянувшись во всю свою длину, и спрятав морду на плече хозяина. На попытки спихнуть он не реагировал, лишь иногда виляя хвостом. Волк, посчитав свою миссию выполненной, вернулся ко мне и сел рядом. Кидая вопросительный взгляд то на посмеивающуюся меня, то на барахтающегося парня, активно пытавшегося вырваться из цепких лап хвостатой гоп-кампании.

Нет, ну ведь вылитая банда! Волк заводила, Север оплот спокойствия, невозмутимости и надежного тыла. Макс — это шалопай и вечные неприятности, из которых пес выбирался с неисчерпаемым оптимизмом. Айс и Берг братьявышибалы, крупные, добродушные, но без лидера (ну или хозяина) просто-напросто пропадут. Вот и топчутся в стороне, вроде и горя желанием поучаствовать в общей куче-мале, но все-таки опасаются.