Карл Мёрк и отдел «Q». Книги 1-7

Не могли бы вы рассказать, как оно выглядело?

Наверняка и это уже записано в отчете, но не помешает, если она повторит свои показания.

— Это был желтый конверт — такой толстый, прямо как из пергамента.

— Какой он был величины?

Она показала руками — получалось, что формата А4.

— На нем было что–то написано? Может быть, штемпель или фамилия?

— Нет, ничего не было.

— А кто его принес? Вы знали этого человека?

— Вовсе даже нет. В дверь позвонили, я открыла. Там стоял человек, он мне его передал.

— Немного странно, правда? Обыкновенно письма доставляются почтой.

Она по–свойски дала ему легкого тычка:

— А как же без почтальона! Только это было уже попозже. Кажется, тогда передавали «Радиогазету».

— Он дал мне письмо и ушел.

— И ничего не сказал?

— А как же! Сказал, что оно для Мереты Люнггор, и все.

— Почему он не бросил письмо в почтовый ящик?

— Наверное, это было что–то спешное. Видать, он хотел, чтобы она прочитала его сразу, как только придет домой.

— Пусть так. Но ведь Мерета Люнггор–то, наверное, знала, кто его принес.

— Чего не знаю, того не знаю. К ее приходу я уже ушла.

Тут Ассад снова кивнул. Значит, и это было записано в отчете.

Карл кинул ему самый свой профессиональный взгляд, который говорил: «По процедуре полагается повторять такие вопросы несколько раз». И пускай Ассад переваривает!

— А я и не знал, что Уффе можно было оставлять одного, — подкинул он новый вопрос.

— Можно, можно, — ответила она радостно.

И тут наконец настал момент, когда Карл затосковал по своему креслу за столом в подвале. Много лет ему приходилось вытягивать из людей разные сведения, и у него уже руки устали от этой работы. Еще несколько вопросов, и пора сматываться. Дело Мереты Люнггор, похоже, изначально было дохлым висяком. Ну, вывалилась она за борт. Что ж, бывает.

— И ведь чуть не опоздала. Хорошо, что я положила ей на стол, — сказала вдруг женщина.

Карл заметил, как она на мгновение отвела глаза — не чтобы посмотреть на печенюшки, а именно отвела в сторону.

— Что вы хотите сказать?

— Ну, на другой–то день она уже умерла, так ведь?

— Вы же сейчас не это подумали, верно?

Ассад положил печенье обратно на стол. Значит, он, как ни странно, тоже отметил ее смущение.

— Вы подумали о чем–то другом, я это по глазам вижу. Что вы имели в виду, когда сказали «чуть не опоздала»?

— То, что сказала: что на следующий день она умерла.