Карт 2: Робинзоним дальше?

— Сдерживая эмоции, я прямо посмотрел в оранжево-жёлтые глаза волколака. — Спасибо ещё раз, что помог Клык и Блуду. Мы с тобой ещё поговорим. Потом. А пока бери топор и руби сучья, — нам надо побыстрее избушку на пятый уровень поднять. Заодно тебе Глюк на вопросы ответит, ему ты быстрее поверишь, чем мне.

Сунув топор в лапы всё ещё опешившему волколаку, я обернулся к мажордому, собиравшему сучья в охапку.

— Глюк, мне надо побыть одному. Как закончите с этим деревом, доложи по результатам. Подумаем, что делать дальше.

Дождавшись подтверждающего кивка от мумии, я побрёл к крыльцу. В глаза бросилась сидящая на коньке крыши гаргулья.

— Харис. — Показал нашему крылатому часовому кулак с оттопыренным вверх большим пальцем, оценивая работу гарги. И только потом до меня дошло, что Харис, — всё ещё птенчик магического существа, хотя и носит важный для неё титул «Первая-Старшая». — Ты молодец, продолжай дальше бдеть.

— Цык! — гарга расправила крылья и попыталась изобразить поклон. Её лапа соскользнула с конька, и наш сторож чуть не грохнулся вниз.

Вот, кстати, когда Харис в первый раз уселась на крыше крыльца, я думал, что она большее время будет проводить в такой форме, а оказалось совсем наоборот, — юное создание веселилось в компании Пушистика и Блуда, устраивая охоту за летающей мелочью. Вон хоть и сейчас, при мне, застыла статуэткой, а глаза то и дело косит на шныряющую рядом стрекозу.

— Да поймай ты её уже.

— Цык! — гарга тяжело прыгнула, расправив крылья, коротковатая лапка выстрелила подобно арбалетному болту. И вот, трепыхающая прозрачными крыльями, летунья уже засовывается в пасть, полную мелких, но острых зубов. И, хотя иконка в виде шестерёнки не заморгала, сообщая о полученных мной крохах опыта, настроил интерфейс так, чтобы не беспокоил по мелочам, я знал, что следующий уровень стал немного ближе.

— Вот так и фарми. Расти в уровнях.

— Цык, — подтвердила жующая гарга, с торчащим из почти безгубого рта сине-металлического цвета хвостом.

Я начал подниматься по ступеням. Вспомнил о Блуде и настроение, было приподнявшееся, пока работал, сразу ухнуло вниз, — не уберёг маленького друга. Какой из меня лорд замка, если пёселя уберечь не смог…

Какая-то часть сознания рационально понимала, что особой моей вины в произошедшем нет. Блуд, уже не маленький порядочный кобелёк, а воздушный дракон, — будущий грозный мой и моего замка защитник.