Едут, едут по Карт-Хадашту наши казакиТем временем количество «сыделат» с «сытрем» и «шашкат», изготавливаемых в ряде мастерских, позволило Хаспару создать новую кавалерийскую часть.
Вообще Хаспар очень любил расспрашивать меня про то, как воевали в наше время, и я пытался рассказать ему о тактике и экипировке различных частей с учетом разницы в технологическом уровне. Однажды он меня спросил, как называются у нас люди, которые ездят на конях и дерутся шашками.
Я хотел сказать «кавалеристы», но этого он никогда бы не выговорил, и неожиданно – наверное, в память о дедушке Захаре – сказал:
– Казаки.
А один – казак.
– Кызаким. Кызак.
– Ну уж нет, – помотал я головой, подумав, что получается почти что «кизяк», и повторил: – Казак.
– Каазаким.
– Хорошо, пусть будет «каазаким», – согласился я.
Так что с моей легкой руки элитный отряд Хаспара начал именоваться «каазаким». Конечно, казаки девятнадцатого и двадцатого века – это не только легкая кавалерия, но и в первую очередь образ жизни. Но исторически, подумал я, были и реестровые казаки – те, кто служил по договору, как на Руси, так и на землях, принадлежавших Польше.
Да и само слово «казак» впервые упоминается, если мне не изменяет память, в 1444 году на Рязанщине – именно там был заключен договор между казаками и местными правителями. Так что наши «казаки» будут поначалу реестровыми, а потом – кто знает?
Если мы победим, то я попробую так или иначе провести через Совет старейшин будущую римскую практику создания колоний из ветеранов, введенную Марием на рубеже второго и первого столетий до нашей эры, но порекомендую устройство поселений по образу и подобию казачьих станиц.
Но это все пока что шкура неубитого медведя. Сначала нам надо будет победить наших заклятых врагов, а потом, пусть бескровно, и реакционеров в Совете. Мне постоянно вспоминались слова Ганнибала: «Меня победили не римляне, а карфагенский Сенат».
«Каазаким» учились воевать по-новому – сабельные атаки, длинные пики, притороченные к «сыделат» дротики и арбалет с колчаном.
Их оппонентами должны были стать римская и нумидийская конницы, а также римские легионы. Конечно, до той военной машины, которую создал Мариус и которая совершенствовалась в последующие годы, теперешним легионам было далеко. В них служили люди из зажиточных семей, причем они были обязаны сами приобретать все необходимое для войны. Но все равно боевого опыта у них немало – Рим все время где-нибудь да воюет, – так что легким противником они не будут.
