И его, увы, не ослушались, так что первую линию обороны мы потеряли без боя. И одновременно отряд нумидийцев вновь пересек границу между землями, отданными после Второй Пунической войны Нумидии, и теми, что оставались у нас. Пройдя между двумя пограничными фортами, они продвинулись к Заме, и лишь героизм небольшого кавалерийского отряда сумел их несколько задержать.
– Той самой Заме?
– Именно. Там, где Массинисса предал моего отца. И всех нас. Гарнизон там маленький, не знаю, сколько они продержатся.
Я предложу Магону, что завтра пойдем туда мы, все-таки мы не городской гарнизон. А ему придется разбираться со сданным фортом.
– Ладно, Хаспар. Я с вами.
– Ты же после ранения. И не одного.
– Ну и что? Все уже зажило. Когда выступаем?
– Завтра на рассвете у Ытикатских ворот, третий периметр.
На сей раз я взял и снайперку, и автомат. С того самого первого дня, когда я использовал четыре одиночных патрона, я их берег, и их у меня пока было достаточно. Да, это был невосполнимый ресурс, но хомячить его, когда Карт-Хадашт в опасности, мне казалось глупым.
Я подумал, брать ли мне с собой пулемет, и решил, что он как нельзя лучше подойдет против строя легиона, но против конницы, идущей врассыпную, не столь эффективен. Конечно, если бы я пошел с Магоном, то и миномет, и гранатомет могли бы помочь против форта."
"Как и было сказано, на рассвете я уже был там, где собрались казаки Хаспара, коих уже было две сотни. Зазвучала труба, и кавалькада помчалась в направлении Замы.
9. Только шашка казаку во степи подруга…
К Заме мы прибыли одиннадцатого числа после полудня. Хорошо еще, что у каждого было по заводной лошади, иначе мы бы загнали своих коней. По-хорошему, надо было бы передохнуть, но мы появились там как раз вовремя – начинался штурм города, причем у нумидийцев были осадные башни, судя по всему, полученные ими от римлян. В двух местах стена была проломлена, и там примерно по полтысячи нумидийцев пытались ворваться в город.
Хаспар повел своих казаков к ближайшему пролому.
Сабельный удар в тыл врага, не ожидающего подобной подлянки, – страшная вещь. Часть нумидийцев полегла сразу, часть попыталась хоть как-то развернуться, но удар был столь стремительным, что очень быстро все было кончено.
Я же полез на осадную башню. В ней оказались даже не нумидийцы – семеро римлян. Пришлось тратить на них драгоценные автоматные патроны. Хорошо, конечно, что они не ожидали моего появления.
