Должно быть, медовуха все же заполнила пьяными пузырьками прогнивший ее мозг, потому что на трезвую голову ни один бонза мрака такого не брякнет.
Арей равнодушно махнул рукой.
– Какая разница чего мы можем, а чего нет. Как мне ее найти? Прошли годы. Она выросла и изменилась. Как я узнаю ее? Думаешь, бесполезно? – спросил он.
Плаховна утвердительно икнула.
– Помоги мне хоть как-то, Аида! Глупо, что некого больше попросить, но некого. Когда нужно убивать – я справляюсь сам, но для более тонкой работы я не заточен, – попросил Арей.
Мамзелькина порозовела. Какая пожилая женщина не любит помогать и устраивать чужие судьбы?
– Даже и не знаю. Свет обычно очень пунктуален. Сдается мне, что и новое тело он сотворил точно таким, каким оно было прежде. Что у нас там с особыми… ик… приметами? Тридцать девять зубьев, шерсть на ушах, по шести пальцев на ладонях, россыпь родинок с кулак на лице и шее?
Арей сделал вид, что протянул руку за кружкой.
– Я тебе больше не налью! Отдай, пьянчуга! Никаких особых примет не было!
Мамзелькина попятилась, спасая кружку.
– Всё, не буду! А что у нас с фамильными редкостями? Кольцо с вязью, браслет, всякие прочие безделки? Может, уникальная кукла? Хотя нет: чтобы Арей и дарил куклу!.. Признавайся: с чем она у тебя игралась в кроватке? С шипованным кастетом?
Арей крякнул. Видимо, Мамзелькина была не так уж далека от истины.
– Если и дарил, это ничего не значит. Свет вернул ей тело, все же прочее сгинуло, – проворчал он.
Мамзелькина надолго задумалась, посапывая красным носиком.
Арей даже заглянул ей в лицо, проверяя, не спит ли она.
– Внешнее сходство! Вдруг девочка похожа на тебя как две капли… ик… медовухи! – очнулась Аида.
Арея передернуло.
– На меня? Ты бредишь, старуха! Я урод! Но у меня была прекрасная девочка! Красавица!
Плаховна задребезжала."
"– Покажи мне папашку, который искренне считает свою дочь страхолюдиной! Так и быть, я потеряю на него разнарядку, заспиртую в банке и буду всем показывать!.. Ну, раз нет примет и уникальных колечек с черепушкой, тогда остается единственное… Ты и сам знаешь.
– Эйдос? – спросил Арей.
– Да. Эйдосы гораздо уникальнее тел. После Эдема ты его не чувствуешь, согласна, но вбили… вибизи… тьфу!.. вблизи ты же его узнаешь?
Арей медленно кивнул.
– Думаю, да. Эйдос у нее редкий, – согласился он.
– И в чем его редкость? – заинтересовалась Мамзелькина.
Мечник спохватился.
– Он душит любопытных старушонок!.. – ответил он резко. – Не обижайся, Аида!..
