Картина без Иосифа

Проявил такую тупость, такую самоуверенность…

Колин слышал в трубке, как звякнул стакан, как стукнул лед.

— Что там у тебя на этот раз? — спросил он. — Джин или виски?

Стакан с треском разлетелся, ударившись обо что-то: стену, мебель, плиту, раковину.

— Проклятый говнюк! Я пытаюсь тебе помочь, а ты…

— Я не нуждаюсь в твоей помощи.

— Сил моих больше нет. Ты так глубоко сидишь в дерьме, что даже запаха его не чуешь. Этот пидор заперся с Хокийсом почти на час. Вызвал судебных и детективов, которые выезжали на место, когда ты обнаружил тело.

Не знаю, что он им наплел, но в результате они позвонили и вызвали вопси и еще кого-то. Что там еще задумал этот прохвост из Ярда, одному Богу известно. Ты понял, парень? А ведь Хокинс не позвонил тебе и не поставил в известность, верно? Верно?

Колин не ответил.

Он вспомнил, что во время ленча поставил на плиту кастрюлю. К счастью, там была только соленая вода. Она давно выкипела. Дно кастрюли покрылось коркой.

— Что это значит, как ты думаешь? — грозно вопрошал отец.

 — Сам допетришь или по буквам тебе разъяснить?

Колин заставил себя продемонстрировать равнодушие.

— Подумаешь, вопси, па. Ты кипятишься из-за пустяков.

— Как ты думаешь, что это значит? — повторил отец.

— Значит, что я пропустил какие-то вещи. И дело следует возобновить.

— Проклятый кретин! Неужели тебе не известно? Это говорит о недоверии к результатам расследования убийства.

Колин представил, как вздулись жилы на отцовских руках.

— Не надо делать из мухи слона, — возразил он.

 — Это не первый случай, когда дело снова открывается.

— Простачок. Жопа, — прошипел отец. — Ты давал показания в ее пользу. Ты давал клятву. Ты играл в ее ворота. Тебе это припомнят, когда придет время для…

— У меня есть новая информация, не связанная с Джульет. Я готов предоставить ее парню из Ярда. Это даже хорошо, что он вызвал женщину-констебля — она ему пригодится.

— Что ты говоришь?

— Я нашел убийцу.

Молчание. В гостиной потрескивал камин. Лео методично грыз кость, прижимая ее лапами к полу.

— Ты так уверенно заявляешь. — В голосе отца звучала осторожность. — Доказательства есть?

— Да.

— Ведь если ты просрёшь и это дело, твоя песенка спета, парень. А если это случится…

— Такого не произойдет.

— …мне не нужно, чтобы ты плакал и просил помощи. Я уже не могу прикрывать твою задницу своим постом в Хаттон-Престоне. Тебе ясно?

— Все ясно, па. Спасибо за доверие.

— На хрен мне твое спасибо…

Колин положил трубку.