Картина с кляксой

 – Он говорил, что хорошее воспитание не в том, чтобы не пролить соус на скатерть, а…

– Знаю! – воспитанно перебил ее Алешка. – А в том, чтобы это сделал кто-нибудь другой. – И он опять застучал ложкой в тарелке.

Тетя Зина сдержала смешок, но не удержалась от очередного замечания:

– И что ты там скрябаешь?

– Фрикабельки ищу, – признался Алешка.

– Не выйдет, – призналась тетя Зина. – Они разварились до неузнаваемости. Хотите добавки?

– Лучше вы нам поиграйте, – честно ответил Алешка. – Что-нибудь испанское или заграничное.

– Я сегодня не в голосе. – Тетя Зина вздохнула и покачала головой.

– А петь не обязательно, – уточнил Алешка. – Главное – по струнам побренчать.

Тетя Зина оживилась:

– А хочешь, я научу тебя на гитаре играть? Прекрасная идея! Я буду петь, ты будешь аккомпанировать! Мы будем давать концерты! – Тетя Зина сорвалась с места и сорвала со стены гитару. – Держи!

Но урок не получился. В окно кто-то постучал, и за окном мелькнули белая борода и загорелая лысина.

Тетя Зина бросила гитару на тахту, вышла и быстро вернулась с возмущенным смехом:

– Дед Строганов совсем спятил! Вы знаете, что он мне предложил?

– Руку и сердце? – спросил Алешка.

– Если бы! – Тетя Зина фыркнула, как лошадь на водопое. – Он предложил мне…

– Гроб, – ляпнул Алешка.

У тети Зины глаза превратились в блюдца.

– А ты откуда знаешь?

– У него распродажа. Со скидками. Купите, теть Зин. Может, когда-нибудь пригодится. Пусть постоит, на терраске.

– Воспитанный человек, – прошипела бедная тетя Зина, – не бывает таким бестактным! Все вашей маме скажу!

– Лучше папе, – вздохнул Алешка.

– Спасибо за обед. Все было очень вкусно. Особенно фрикабельки в компоте.

– Ты где шлялся? – маминым голосом спросил я Алешку, когда мы вышли на улицу.

– Западню проверял. – Он небрежно пожал плечами. – Чтоб созрела. Мне, Дим, эта история давно надоела. Все тут ясно и понятно. Скоро такое начнется! – Он приостановился. – Но ничего – оно быстро кончится.

А в магазине, похоже, уже что-то началось. Продавщица тетя Лида и покупательница, суматошная тетка Полинка, – локти на прилавке, голова к голове – что-то бурно обсуждали.

– Как есть рехнулся! – на всю улицу шептала Полинка. – Он и в молодости недотепа был, все палочки ножичком строгал, а тут уж вовсе сбрендил.

– Да ты что? – со жгучим интересом ужасалась продавщица.

– Покликал от калитки.