Кащей. Трилогия

— Ладно, так и быть, залетайте!

Гвардейцев колдуна среди них не оказалось, и никто не стал особенно возражать против плана Кащея. Выходцы из простых семей, они знали, что такое гнет тирана, и готовы были поддержать любого достаточно сильного человека, способного реально навредить колдуну. То, что Кащей оказался именно таким человеком, они не сомневались с той самой минуты, когда он произнес свои знаменитые фразы перед казнью. Никто из них не пытался повторно отправить Кащея на тот свет, но все интересовались, что он там увидел.

Кащей отшучивался, как мог, говоря, что, дескать, каждый со временем попадет туда сам и получит ответы на все свои вопросы Подобный оборот стражников не особенно радовал, и они настойчиво напирали на Кащея с похожими вопросами до самого прилета ведьм.

Кащей убедил их в том, что их помощь в борьбе с колдуном очень для него важна. Стражники знали, что он хочет обязательно спасти мальчика, и опасались, что он покинет их, как только найдет Иванушку, но Кащеи уверил их, что доведет дело до конца, что бы ни случилось.

Они строили разные планы, болтали о том о сем и ждали ведьм.

В основном они коротали время, рассказывая всякие байки.

— А вот однажды в племени Атута произошел такой случай, — вспоминал Кащей. — Я как раз путешествовал там с миссией сбора сокровищ — я тогда частенько летал за сокровищами и встретился с племенем. Они меня знали по прошлым встречам. Мы подружились, когда я поймал трех громадных змеюк и связал их в один большой узел.

Из них потом приготовили чудный ужин и еще две недели доедали остатки. Так вот, пришел как-то в это племя один хитрый человек. Колдун не колдун — не знаю, во всяком случае, пытался нас убедить, что он самый настоящий, всамделишный колдунище в семьдесят восьмом поколении. Особенно усилил напор, когда увидел, сколько золота я успел насобирать, как только ни пытался всучить нам всякие сушеные хвосты ящериц, обглоданных пауками мух и комаров. А как увидел мое золото, так вообще охрип и зашептал: мол, у него осталась последняя порция волшебной мази. Такой волшебной, что она защитит самого неповоротливого воина от стрел заклятого врага и предложил купить баночку за сто килограммов моего золота. Ну, понятное дело, племя набросилось на меня с уговорами, а колдун тоже завел песенку мол, что такое деньги по сравнению с жизнью хорошего воина? Уговаривать меня им пришлось довольно долго, пока я не сказал: мол, пусть колдун сначала даст мазь на пробу.