Кащей. Трилогия

Народ усиленно взялся за прославление царя. Кащей удовлетворенно кивнул головой и с хитрецой посмотрел на советника.

В глазах бармена блеснули счастливым огоньком представившиеся ему кучи монет: таких тостов еще никто не предлагал. А то, что никто из гостей не стал возражать и радостно присоединился к общему веселью, говорило о том, что денег у него в скором времени изрядно добавится.

— Теперь считайте, сколько у них родственников, и какой возраст у каждого! А я пойду, немного пройдусь по городу, — сказал Кащей, вставая.

 — Если что пойдет не так, вот вам манок на драконов, зовите, я обязательно услышу и прибегу посмотреть, как люди будут удирать отсюда сломя голову. Когда планируете посетить дворец?

— Аудиенции принято проводить по вечерам, когда становится прохладно. То есть часов в девять. А за праздничным ужином обстановка будет еще приятнее, даже если встречающиеся — давние враги. Традиции гостеприимства.

— Хорошие традиции! Но надеюсь, вы всё-таки не относитесь к названной категории давних знакомых?

— Мы бы в другое царство поехали, если были бы такими знакомыми! Гостеприимство гостеприимством, но не настолько, чтобы при выезде из столицы на тебя устроили облаву царские войска.

Законы гостеприимства распространяются только на столицу.

— Чую, весело вам живется, — заметил Кащей. — Ладно, отдыхайте пока, здесь еще и гостиница есть, я видел.

— А ты куда? — поинтересовался царевич.

— Краски накуплю, покажу, как носят парики возмущенные их монотонными расцветками люди.

Поверьте мне, это зрелище, достойное ваших соревнований по остроумию.

— Не уверен, — честно признался советник.

— А вот сами увидите! — пообещал Кащей, хитро улыбнувшись.

Он бросил бармену золотую монету из личных запасов. Доминик хотел дать Кащею большой кошелек с деньгами, ни на миг не забывая о том, что Кащей выручил его в опасный момент жизни, но тот в открытую, перед всеми посетителями, показал ему свой, битком набитый золотыми монетами завязанный мешочек и вежливо отказался, объясняя это тем, что два кошелька его усталый организм не вынесет, уронит прямо здесь.

Все посмеялись, бармен ловко поймал монету, попробовал на зуб, сильно удивился ее подлинности и низко поклонился за щедрые чаевые, едва не стукнувшись лысиной о стойку. Кащей только хмыкнул от восторга: на брошенную монету можно было вволю накормить треть трактира. Спорить не стал и вышел.