— Мы не раз их били и разобьем еще, — сказал Углук и, поплевав на клинок меча, поскреб его ногтем.
— Значит, поворачиваем на юг, — подвел итог Каспар. — А теперь всем спать, с завтрашнего дня нам придется двигаться вдвое быстрее. Фундинул, ты сторожишь первым, тебя сменит Углук, его — Аркуэнон.
Себе Каспар оставил самую трудную утреннюю смену.
16
Лорд Кремптон развлекался. Он стоял на балконе в окружении приближенных и смотрел, как травят собаками провинившегося слугу — тот имел дерзость посмотреть лорду в лицо, подавая полотенце.
Огромные, натасканные на людей волкодавы недолго гоняли несчастного по двору, скоро он упал и какое-то время кричал, пытаясь сопротивляться, пока клыки одного из псов не сомкнулись на его горле.
— Оттащите их, — велел Кремптон, — а тело бросьте в ров, пусть там гниет в назидание остальным.
Собачники в крагах из воловьей кожи, в стеганых куртках до колен и высоких сапогах оттащили беснующихся собак и загнали их обратно на псарню. Двое рейтар ухватили окровавленное тело за ноги и поволокли со двора.
— Вот так, — сказал лорд, на его лице появилась улыбка. — Никто не назовет меня излишне мягкосердечным господином!
Приближенные угодливо закивали, никому не хотелось оказаться во рву.
Во двор замка из сторожевой башни спустился рейтарский офицер, держа ладонь козырьком над глазами, чтобы укрыть их от солнца.
— Что тебе, Альбокеррун? — спросил Кремптон, узнав своего капитана.
— Там какой-то человек просит о встрече с вами, мой лорд, — ответил рейтар.
— Что за человек?
— Мне кажется, я его уже видел, мой лорд.
— Голос капитана Волчьей Лиги, не боявшегося даже демонов, чуть дрогнул. — Он в черном плаще с капюшоном и похож на мага."
"— Вот как? — Кремптон заколебался. — Ладно, через десять минут проводи его в тронный зал. Я встречусь с ним наедине.
Альбокеррун кивнул и направился к воротам.
Приближенные лорда один за другим кланялись и удалялись. Они все хорошо поняли.
Кремптон спустился в тронный зал, тяжело пыхтя, поднялся по ступенькам к огромному трону, скопированному с королевского трона Рембургов.
Втянув живот, он с трудом уместил раздобревший зад на сиденье, думая о том, что надо сделать трон пошире, этот как будто усох.
«Это все из-за жары», — сказал себе лорд. В том, что он располнел, признаваться не хотелось.
Лорду Кремптону нравилось ощущать себя маленьким королем в своих владениях, он поболтал ногами, пошевелил пальцами рук на золоченых подлокотниках.
Двери открылись, в зал робко заглянул дворецкий.
