Несколько раненных Аркуэноном ползали по склонам, он бил без промаха, но стрелы не всегда пробивали крепкие доспехи.
Бертрану удалось отбиться, и теперь он с азартом гонял по зарослям кого-то из нападавших.
— Аркуэнон, присмотри за Бертраном! — крикнул Каспар, опасаясь, как бы фон Марингер в запале не нарвался на лучников.
Сам Каспар пришел на помощь Углуку, и бой закипел с новой силой. Вдвоем они потеснили упорных врагов вниз по склону, в конце концов те побежали, за ними, не выдержав гномьего коварства, последовали и те, что дрались с Фундинулом.
— Ну и ладно! — сказал тот и остановился. Потом нагнулся над одним из подстреленных эльфом воинов.
— Ишь ты, искусная работа, — произнес он, дотрагиваясь до маски, пораженный гладкостью отполированного металла.
— Кто они такие? — спросил Бертран, появляясь из кустов; его меч был запачкан кровью, а сам он тяжело дышал.
За фон Марингером следовал невозмутимый Аркуэнон с луком в руках и с полупустым колчаном.
— Обычные селяне, — равнодушно ответил орк, вытирая лезвие меча о штаны одного из убитых.
— Как селяне? — не поверил Бертран. — Ополченцы, что ли? Этого не может быть, эти люди не хуже наемников, если бы Аркуэнон не вмешивался, нам бы туго пришлось!
— Мы в Западных землях, Бертран, тут каждый должен быть мастером боя, другие просто не выживают. И князья, и простой люд учатся держать меч с младенческих лет.
Граф покачал головой. Осознать, что они с таким трудом одолели обычных мужиков, было нелегко.
— Фундинул, там они какие-то котомки бросили, посмотри, может, в них еда, а то у нас продукты на исходе.
— Позвольте, ваша милость, я посмотрю! — оживился Углук.
— Давайте вдвоем.
За несколько минут, не переставая пререкаться, орк и гном обыскали тела, но ничего интересного не нашли; в котомках были какие-то сухие семена и запасные кожаные ремешки. Любопытства ради они заглянули и под стальные маски павших, но это оказались обычные люди.
— В седла, — сказал Каспар, когда обыск был окончен.
Через пять минут путешественники миновали неприветливую лощину и двинулись дальше.
28
Изрезанные оврагами холмы закончились неожиданно, и вновь потянулась голая, суровая степь. Здесь отряд могли обнаружить издалека, поэтому Каспар то и дело привставал в стременах и осматривался.
Аркуэнон тоже чувствовал себя на открытом пространстве неуютно, лес для эльфа был привычнее.
Под копытами лошадей что-то захрустело. Каспар пригляделся: подковы дробили желтоватые черепки непонятного происхождения.
