— Я б тебе денег дал. Попросить надо было правильно и отработать, — бывший муж смерил ее оценивающим взглядом. — Да и сейчас еще можешь, если будешь умницей. Так как, пойдем?
Злость подкатила к горлу. Подлец. Сначала изменял ей с любовницей, а теперь, когда развелись, решил, что можно потрахивать бывшую жену? Ну конечно, ей же нужны деньги! Хотелось спросить: «А жена твоя знает?», а потом вылепить ему в лицо все, что она о нем думает. Но Лера сдержалась.
— Хочешь что-то дать — дай своему ребенку, — сказала она, отворачиваясь.
— А мне твои деньги не нужны. Сама заработаю.
— Да брось ты, что ты из себя строишь?! — оглядел он ее презрительно. — Заработает она... Пссс! Думаешь, кто-то даст больше? Да кто на тебя взглянет вообще? Заработает она? И где же? Подъезды мыть пойдешь?
— Ну почему же подъезды? Я, между прочим, вот здесь работаю! — она показала на здание ПАО.
А он скривился как от кислого.
— Что ты врешь? Вот здесь, что ли?! И кем это?
— Не твое дело!
Как раз в этот момент подъехала ее маршрутка, и Лера залезла в нее.
И потом, пока ехала до садика, ее всю дорогу трясло от злости.
***
Пока дотряслась в маршрутке по всем пробкам до садика, времени прошло немало. Забирать сына Лера прибежала одной из последних. Ее малыш сидел на руках у нянечки и что-то там чирикал, в ясельной группе только он один остался.
Увидев Леру, маленький Колька спрыгнул с колен пожилой нянечки и побежал к ней, лепеча:
— Мама! Мама!
Лера обняла малыша, а пожилая нянечка поднялась с места, подошла ближе.
— Он сегодня кушал хорошо, две тарелки супчика сам съел.
— Правда?! — ахнула Лера.
А малыш расцвел улыбкой и состроил гримаску, а потом потянулся и обхватил ее за лицо ладошками.
— Поздно ты сегодня, — проговорила, глядя на них, нянечка. — Но это ничего, мы с ним поиграли немного. Он не плакал.
Лера вымученно улыбнулась. До этого времени она всегда рано забирала малыша, а сначала вообще оставляла только на полдня. А тут вот так.
— Раньше никак не вышло, — сказала она извиняющимся тоном.
— Я на работу устроилась.
— Работа — это хорошо, — женщина понимающе кивнула, а потом спросила, уперев руки в пышные бока: – А папаша ваш?
Папаша.
Стоило вспомнить, как этот урод, муж ее бывший… Денег ей предлагал за то, чтобы она обслужила его, опять руки затряслись и ком злости подкатил к горлу. Но она постаралась успокоиться, закончила переодевать ребенка, повернулась к нянечке и сказала:
— Ему не до нас.
