Мне даже приходилось повторять ему, чтобы он не лез в атаку, пока я не нанесу первый удар, для того, чтобы агрессия монстра была на мне. Я не могла позволить себе потерять еще одного друга… Пусть и мохнатого.
Солнце уже садилось, когда я, вся грязная, в дорожной пыли, следами крови и порванной одеждой подходила к одиноко стоящему домику. Мой ушастый друг выглядел не лучше меня — лохматый, с прокушенным ухом, бешеным взглядом и испачканной кровью пастью.
Пока мы дошли до нужной точки на карте, у меня и Ауди стал двадцатый уровень.
Этот хвостатый непоседа все-таки догнал меня.
Не успели мы подойти к ветхому домику, частично заросшим мхом, как услышали чей-то голос и от неожиданности подпрыгнули и обернулись.
— Ой, какие красавцы ко мне пожаловали! — произнесла старушка, осматривая нас снизу вверх.
Она была в многослойной серой одежде. Бабушка немного сгорблена, в руках клюка. У нее седые волосы и все лицо испещрено морщинами. Увидев ее, я сначала испытала испуг и ассоциация была, что я встретила бабу Ягу из сказки, но когда она тепло улыбнулась мне, то это ощущение сразу же прошло.
Полупрозрачная надпись над ее головой гласила:
Хeлен. Ведьма-лекарь.
Это как? И ведьма и лекарь одновременно? Добро и зло в одном флаконе? Ох, к кому же меня занесло-то… Не сгинуть бы тут самой с этой «Ягой».
— Простите, что напугали вас своим видом, — ответила я. — У нас не было возможности останавливаться, чтобы привести себя в порядок.
Мы несколько часов сражались и бежали к вам. Вы же ведьма из Ведьминой пустоши? — я заметила, что брови старушки недовольно поползли вниз. — Извините...
Может обидела ее «ведьмой»? Но мой внутренний навигатор показывает на ее дом. Про него наверно не нужно говорить.
— Простите, если обидела вас… Хелен. Там остался мой друг, он умира… Он умер. И мне сказал перед смертью, что вы можете ему чем-то помочь… Я прошу вас…
— Да кто сказал, что я вас испугалась, крошечки мои? Проходите в дом скорее, смоете с себя все это, ты переоденешься и полегчает вам сразу!
— Но я не могу тратить время, там лежит…
— Не спорь со мной, я сказала! — ее мягкий голос тут же изменился на строгий.
— Выполнишь все, что я скажу, тогда и помогу тебе, — голос вновь стал мягким, словно это говорили два разных человека. — Проходите, ополоснетесь, и я за ужином выслушаю тебя.
