— Что будете пить?"
"— Минеральную, — отозвался Егор, начиная исподволь готовить организм к высокоэнергетической отдаче и чувствуя сопротивление тела: укол, с помощью которого его привели в чувство, содержал в себе сильную дозу расслабляющего психотропика.
Бессараб налил боржоми в прозрачный стакан с утолщающимися ко дну стенками и подал гостю. Егор выпил воду и увидел на стенке стакана самую натуральную муху. Хотел выловить ее пальцем, но заметил взгляд директора с веселым блеском и только потом разглядел, что муха на самом деле искусно упрятана в толщу стекла.
— Изделие Никольского хрустального завода, — пояснил Юрий Тарасович, опускаясь на кушетку. — Старые мастера любили пошутить.
— Чего вы от меня хотите? — равнодушно спросил Крутов, не принимая легкого застольного тона.
Близко посаженные глазки Директора вспыхнули на мгновение.
— Давайте лучше начнем с вас, полковник. Чего хотите вы? Зачем вам в одиночку понадобилось проникать на секретный объект таким необычным способом? На что вы надеялись?
— Я уже говорил, — тем же ровным голосом ответил Егор.
— Ваши люди захватили детей моей сестры…
— Не верю, — поморщился Бессараб. — Давайте начистоту, полковник. Вы же профессионал и должны понимать, что положение ваше безнадежно. А если вы все еще надеетесь на помощь друзей, то совершенно напрасно. Мы уже знаем, где они окопались, и в скором времени возьмем их всех. Итак, что вы здесь хотели найти или узнать? Секрет «анаконды»?
— Вы всерьез считаете меня агентом ЦРУ? — усмехнулся Крутов.
— Если я скажу правду, вы все равно не поверите. Как говорил один мой знакомый: человек, который ищет готовых ответов, еще не знает, чего он ищет.
— А вы знаете? И при этом говорите, что не охотитесь за секретами наших лабораторий? Не странно ли, что вас все время тянет туда, где мы строим свои объекты?
Крутов с невольной жалостью посмотрел на сытое, самодовольное лицо Директора.
— Неужели вы думаете, что главный смысл жизни человека состоит в краже им чужих секретов? Да плевать мне на ваши «глушаки», «болевики» и «анаконды»! Но совсем другое дело, когда они используются во вред другим людям и вопреки их воле.
— Каким людям? — хмыкнул Бессараб. — Вы имеете в виду творческих людей, думающих? Их единицы. В нашем мире все решает толпа! А главное качество толпы — бездумье, разве не так? О свободе воли, социальной справедливости и правах человека больше всех и громче всех кричит паразитирующий люмпен всех классов.
