Катя

Я живу на работе, прихожу домой переночевать, а то и не прихожу вовсе. Митя терпит, понимает, что очень тяжело возвращаться в дом, где не осталось никого, кого любила, с кем жила всю жизнь. Только он. И хотя мы с ним уже вместе третий год, но никого из них он заменить не может. Хорошо, что понимает и принимает меня такой, какая я есть.

Мой сын устроился подрабатывать на кафедре. Начал научную работу, он теперь там… совсем там, и что вернется — надежды все меньше и меньше. А я языка не знаю, да и по тому, как гостила у него, я там лишняя.

Там его жизнь, а здесь моя.

Неужели вот так и будем врозь, всегда врозь с единственным сыном — с мальчиком ради которого я готова… Но я-то готова, а ему оно нужно? Судя по последней встрече — нет, не нужно. Как часто я слышала от него: «Ты просто не понимаешь, мама». Может, и не понимаю, потому что врозь. А были бы вместе, то поняла, обязательно бы поняла… Но «вместе» осталось в прошлом…

С тем и вернулась, с пониманием, что теперь врозь. Вернулась, а у мамы инсульт, думала — вытащим.

Ведь какая разница, сколько маме лет, она ведь мама, и пусть ворчит, и все ей не так, но рядом…

Так я и осталась только с работой… Ну да, еще с Митей.

Вроде и хорошо мне с ним, и уютно, и спокойно… Но все не то… А может, я и сама виновата, построила стену и не пускаю его в свою душу. Но с ним я не одна. Есть кому слово сказать, а сказать надо, иначе ведь и сойти с ума можно.

Вот так и живем вдвоем в моей квартире. Свою он сдал и деньги отдает дочери, им молодым, да с двумя детьми, нужнее.

Митя еще на службе. Переживает, что генеральские погоны ему не светят. Но я не понимаю такого. Я ж как защитила кандидатскую от тоски, так больше к славе и не стремилась. Не понять мне взлетов по карьерной лестнице, вот не понять и все.

Рома развернулся в своем отделе, теперь, когда его женщины ко мне на сохранение или роды поступают, так бежит, истории читает, назначения проверяет. Смешно. Я говорю ему: «Ты меня, что ли, проверяешь? Рома, зачем?»

А он пожимает плечами, смущается.

Нет, не меня он проверяет, просто к делу к своему так относится, так же, как и я. Но мы понимаем друг друга, всегда понимаем и чувствуем.

Митя замуж звал, чтобы по закону. Я против. Зачем? Мне и так хорошо. Его мне ничего не надо, да и у меня по сути ничего нет, только то, что Сашеньке принадлежит. Так что, мы с Митей только и есть друг у друга. Хорошо, что Господь мне его послал. Он надежный человек, и я люблю его по-своему.