Казачий адмирал

Еще одно ядро, как мне кажется, пролетает над галеасом, рядом со мной, я вроде бы слышу неповторимый, «шуршащий» звук полета. Через пару минут, подвернув в нашу сторону, стреляет вторая баштарда, а за ней, вразнобой, кадирги и кальятты. Чем дальше от середины строя, тем в более выгодном ракурсе для стреляющего галеас. Цель большая, промахнуться трудно. Несколько ядер попадает в борта галеаса. Одно сшибает трех гребцов с двух банок левого борта. Двое падают между банками, а третий с оторванной рукой вылетает в проход и начинает, истошно вопя, кататься по палубе, заливая ее ярко-красной кровью.

Два весла замирают, задрав валики вверх. Сейчас за эти весла зацепятся другие — и галеас начнет поворачивать влево.

— Огонь! — кричу я канонирам, а гребцам: — Весла в воду! — а рулевому: — Право на борт, удерживать на этом курсе!

Дымящиеся фитили точно бы клюют пушки у задней их части, где отверстия, заполненные затравкой. Порох стал намного лучше, поэтому выстрела звучат быстрее, чем раньше.

Облака черного дыма скрывают от меня баштарду. Куда попали ядра и попало ли хоть одно во вражеское судно — не вижу. Когда дым рассеивается, повреждений тоже не замечаю, что не говорит о том, что их нет. С опущенными в воду веслами галеас начинает быстро терять инерцию переднего хода. Нос галеаса пошел сперва влево, но Петро Подкова быстро вернул его на прежний курс.

— Вперед! — командую я гребцам."

"Они частично втянули внутрь галеаса одно весло, два гребца которого погибли, и наклонили его лопастью вверх, чтобы не мешало грести остальным, а на банку второго пересел один из уцелевших, заменив раненого, который все еще катался по палубе.

Мальчишка, в обязанность которого в рабстве было подносить глиняный сосуд желающему справить нужду, замер в ступоре возле раненого, прижав к груди двумя руками эту служебную емкость, запашок из которого наверняка был сногсшибательный.

Трудились гребцы не долго. После четвертого гребка я приказал втянуть весла и приготовиться к бою.

Галеас продолжал идти по инерции вперед, навстречу баштарде, на которой тоже начали убирать весла. Видать, тоже готовятся к абордажу. На ней треххвостый бунчук бейлербея. Я бы решил, что Каффиского эйялета, но на второй баштарде и одной из кадирг были такие же бунчуки. То есть, мы нарвались на флот трех чиновников второго ранга. Это хорошо: где три командира, там ни одного.