Казачий адмирал

"

"Чайки сидят слишком низко, чтобы атаковать суда с такими высокими бортами. У казаков, конечно, есть «кошки» и изготовленные по моему приказу трапы с крюками в верхней части и упорами в нижней четверти, но народу много поляжет прежде, чем захватят флейты. Шхуна в балласте ниже всего на метр, может, чуть больше. Встав на планширь фальшборта шхуны, взрослый мужчина без особого труда перерубит противоабордажную сетку и переберется на флейт. Да и на шхуне экипаж в два раза больше, чем на чайке. Поэтому чайки идут вслед за нами и строем кильватер, чтобы не получить ядро, которое будет гибельным.

Мы с наветренной стороны — так сказать, играем белыми. Передний флейт идет мористее. Задний, как мне показалось, постепенно отстает. Направляю шхуну на передний. У нас на полубаке установлены две погонные кулеврины калибром три фунта. Теперь кулеврина — это орудие с длиной ствола более двадцати пяти калибров. У наших — более двух метров. Обе заряжены картечью. Одна направлена на марсы, другая — на главную палубу и шканцы. Комендоры стоят возле кулеврин с дымящимися фитилями, ждут приказ.

Медленно сближаемся встречными курсами. Кажется, что слишком медленно. Ловлю себя на мысли, что нервы напряжены. Ядро — это не стрела и даже не пуля. Разорвет на части, а в разобранном виде смыться в следующую эпоху не получится. Я пытался втолковать казакам, что, если меня тяжело ранит, надо положить тело в лодку и пустить по волнам.

— Не волнуйся, Боярин, похороним тебя по-человечески, в земле, как положено! — заверил меня Петро Подкова.

Будем надеяться, что у меня хватит сил настоять, чтобы со мной попрощались не по-человечески, а именно так, как я хочу.

Когда расстояние между судами сокращается до полумили, я командую комендорам на полубаке:

— Огонь!

Кулеврины почти одновременно выплевывают облака чёрного дыма. В фор-марселе появляется от картечин насколько дырок, которые быстро расползаются до швов. Вроде бы задели кого-то из стрелков на марсе фок-мачты.

Результат не впечатлил, но стреляли для того, чтобы спровоцировать противника на ответный залп. Погонных пушек на флейтах не видно. Они не нужны, потому что купеческому судну теперь негоже гоняться за другими судами. Надо довезти свой груз в целости и сохранности. Я надеялся, что флейты развернутся к нам бортами и разрядят полупушки, если правильно определил калибр. Не стали, продолжили следовать прежним курсом, чтобы всадить залп нам в борт.