Следующая атака уже была по всему фронту, чтобы никто не смог прийти на помощь удирающим полякам. Впрочем, основной нажим по-прежнему был на правый фланг нашей армии, а на остальных участках турки особой смелости не проявляли. Станиславу Любомирскому хватило ума понять это и не распылить силы, а сосредоточить кулак из польских гусар на самом слабом участке и отбить еще пять атак.
Десятой атаки не последовало. Позже наш татарский информатор расскажет, что войска взбунтовались, отказавшись идти на гибель.
Этот день был самым кровавым для турецкой армии за все сражение. Турки утверждали, что потеряли двенадцать тысяч человек, а поляки — что двадцать пять тысяч, причем пять тысяч одних только янычар. На счет пяти тысяч не скажу, но поле перед нашим правым флангом было завалено трупами янычар.
Двадцать девятого сентября турки начали переговоры о заключении мира, что не помешало им в следующие дни продолжать атаки, правда, небольшими силами и не часто.
Переговорам способствовала и весть о том, что нам на помощь идут двадцать тысяч донских казаков. Судя по всему, турки боялись их даже больше, чем запорожских, потому что сталкивались в боях в Персии. Со стороны казаков никто в этих переговорах участия не принимал, потому что гетмана Малой Руси и кошевого атамана Войска Запорожского именно в этот день ранили в правую руку отравленной стрелой. Он лежал в своем блиндаже в бреду. Доморощенный казацкий лекарь прижег рану, чем, по моему мнению, навредил еще больше.
Станислав Любомирский прислал своего лекаря-венгра. Венгры в этой части Европы считались лучшими лекарями. Тот пустил Петру Сагайдачному кровь, чем помог своему запорожскому коллеге приковать пациента к кровати на больший срок. Я бы подумал, что это было сделано преднамеренно, чтобы удалить кошевого атамана Войска Запорожского из переговорного процесса, но так в эту эпоху лечили все: ампутация, прижигание и кровопускание были основными методами.
Договор был подписан восьмого октября. По нему Польша отказывалась от всяких претензий на Молдавию и отдавала Хотин, но добилась, что правителями принадлежащей туркам Валахии теперь будут только христиане. Поляки продолжают платить дань крымскому хану, но в размере тридцать тысяч злотых. За это он должен будет приходить им на помощь во время войн с христианскими государствами.
