Казачий адмирал

— Братцы, человек он знатный, боярский сын, к тому же, нас из неволи вызволил, — ему и командовать, — разряжая обстановку, предлагает Петро Подкова.

Поскольку никто из них не хочет, чтобы атаманом был такой же простой казак, как он сам, соглашаются подчиняться мне.

— Не прорвемся мы в одиночку мимо Аслан-города! — уже поняв, что проиграл, произносит Матвей Смогулецкий.

— Попытаться все равно надо. Получится — хорошо, нет — степью пойдем, — говорю я и добавляю любимую поговорку Лаврентия Берии: — Попытка — не пытка.

Поговорка пришлась казакам по душе.

— Стоять здесь будем до середины ночи, — информирую я. — Чем бездельничать, вы бы лучше сети поставили и сплавали на остров за сухим тростником, чтобы ночью было на чем рыбу отварить.

Днем дым костра выдаст нас, а ночью, даже если турки заметят огонь, побоятся проверять, кто его разжег, будут ждать до рассвета.

Как понимаю, дурные мысли у них родились от безделья. Появилось занятие — и сразу забыли о своем плане идти по суше. Часть занялась сетью, а остальные, сняв шаровары, но оставшись в рубахах, отправились вплавь на остров.

Впрочем, переплыть надо было всего метров десять. Дальше начиналось мелководье.

— Тут раки есть! — радостно сообщил один из казаков, отправившихся на остров, и продемонстрировал темно-зеленого членистоногого длиной сантиметров двадцать."

"Это было именно то, чего сейчас не хватало казакам. Сразу прекратив обсуждение планов на будущее и позабыв о тростнике для костра, они бросились ловить раков.

Сработал инстинкт добытчика. Я тоже не утерпел. Дно у острова было с обрывчиком, в котором раки и нарыли нор. Ныряешь, засовываешь руку в нору. Обычно они достаточно широки, чтобы пролезла моя рука, и глубиной мне по локоть, иногда меньше или больше. Если там есть рак, то сразу уцепится в руку клешнями. Неприятно, но терпимо. Тут главное — сжать пальцы, чтобы рак не вцепился в перепонки между ними. Иначе будет больно. Раки были крупные и один в один. Видимо, мелкие жили в менее престижном и защищенном районе, под камнями и корягами. В двадцатом веке я таких ловил только раз, в пруду возле птицефермы, расположенной на обрывистом его берегу. Куры частенько перелетали через ограду и оказывались в пруду, так что у раков постоянно на обед было свежее мясо. Хотя предпочитают они падаль. Мне мать рассказывала, что во время войны в реке Молочной было много утопленников, как наших, так и немцев. С каждого снимали по паре ведер раков.